Он был быстр, но я успевал подстраиваться. Он был могуществен, но я был непредсказуем. Я использовал его же карту ловушек против него, заманивая в узкие коридоры и тесные кабинеты, где его разрушительная магия наносила максимальный урон его же собственному дому. Стены рушились, антикварная мебель превращалась в щепки, бесценные артефакты разлетались на осколки.
Я чувствовал, как нарастает его бешенство с каждым уничтоженным гобеленом, с каждой разбитой статуей. Он был существом невероятной силы, но здесь, в этих замкнутых пространствах, он был как зверь в клетке, неспособный высвободить всю свою мощь, не разрушив собственный особняк до основания.
Я почувствовал, как его самообладание в какой-то момент лопнуло. Он больше не сдерживался. Особняк застонал под ударами его необузданной силы. Стены трескались, пол вздымался от магических разрядов. Я едва уворачивался, чувствуя, как мои собственные кости трещат от ударных волн, как от них отлетают мелкие осколки. Но я продолжал бежать.
Он взревел, и этот рёв был звуком чистой, первобытной ярости. Погоня превратилась в вихрь разрушения. Мы вырвались на второй этаж. Одним мощным ударом он пробил стену, создав в ней зияющую дыру, выходящую в главный зал. Я не колебался ни секунды. Я прыгнул в пролом, легко приземлившись на шаткий балкон на другой стороне.
Он замер на краю дыры, его тёмный силуэт чётко вырисовывался на фоне хаоса. Он наконец понял мой план.
— Какая глупость… — пробормотал он, и в его голосе было что-то похожее на усталое смирение.
А затем, с последним, оглушительным стоном, пол под его ногами провалился. Наконец-то! Солгу если скажу, что это было легко.
Пыль, густая и едкая, медленно оседала, наполняя воздух запахом раскалённого камня и озона. Половина особняка превратилась в руины. В наступившей тишине, нарушаемой лишь тихим треском остывающих обломков, я стоял на краю провала, там, где раньше был пол второго этажа. Мой энергетический резерв был почти на нуле, каждая кость в моём теле, казалось, гудела от перенапряжения.
Внизу, среди хаоса из балок, камней и разбитой мебели, лежал он. Костяной Алхимик. Моё «Духовное Око» видело его ауру — слабую, мерцающую, но все еще. Он не двигался.
Победа? Возможно. Но я не мог рисковать. Я должен был убедиться.
Я огляделся. Рядом со мной нависал большой, чудом уцелевший кусок потолочной плиты. Схватившись за его неровный край, я напряг все свои силы. Камень поддался с трудом, отрываясь от арматуры с протяжным скрежетом. Я поднял его над головой, готовясь обрушить этот последний, контрольный удар на своего создателя.
И в этот момент тени под обломками, где лежал Хозяин, ожили. Они выстрелили вверх, словно чёрные, хищные змеи, обвились вокруг моих ног и с нечеловеческой силой дёрнули вниз. Я потерял равновесие. Мир перевернулся. С грохотом я рухнул в самый центр завала, погребённый под облаком пыли и мелких осколков.
Он поднялся из-под обломков, как восставший из могилы призрак. Его балахон был порван в клочья, из-под капюшона виднелась бледная, израненная кожа, но он стоял на ногах. В его руке всё так же тлел теневой клинок.
Это уже давно была не дуэль магов, и даже не тактическая игра. Это была жестокая, первобытная драка на руинах его собственного дома. Мы оба были на пределе. Защита от каждой его атаки отнимало последние крупицы сил. На этой ограниченной и относительно свободной территории мне было сложно и дальше уворачиваться. В итоге, я лишь парировал его выпады, чувствуя, как мой двуручный меч тяжелеет с каждым мгновением, как кости в моих руках трещат от напряжения. Но я продолжал ждать. Ждать его ошибки.
И он её совершил. Вложив в удар остатки ярости, он слишком широко замахнулся, на долю секунды открыв свою защиту. Это был мой шанс. Я собрал всю оставшуюся волю, всю энергию в один-единственный, последний удар. Мой меч уже летел к его незащищённой груди…
Взрыв.
Он прогремел за моей спиной, оглушительный, слепящий. Ударная волна, словно невидимый кулак, отшвырнула нас обоих в разные стороны, как тряпичных кукол. Я с грохотом врезался в уцелевшую стену, кости затрещали, и на мгновение мир погас.
Когда пришёл в себя, то увидел её. В огромном проломе, который оставил после себя взрыв, стояла Лиандри. Она была в пыли, идеальная причёска растрепалась. Но страха на её лице не было. Лишь чистая, незамутнённая, всепоглощающая ярость.
— ВЫ! ДВА ИДИОТА! — её голос, до этого мелодичный и игривый, теперь был подобен скрежету тектонических плит. Он заставил вибрировать камни вокруг. — Я РЕШИЛА ПРИЛЕЧЬ ОТДОХНУТЬ ПОСЛЕ УТОМИТЕЛЬНОГО ШОППИНГА, А ВЫ УСТРОИЛИ ЗДЕСЬ ЭТОТ БАЛАГАН! ВЫ ПРЕВРАТИЛИ МОЙ ЛЮБИМЫЙ ЗАЛ ДЛЯ ОТДЫХА В РУИНЫ! ВЫ ПОМЕШАЛИ МНЕ ОТДЫХАТЬ!