Я остановил отряд. Скелеты замерли. Я начал собирать. С трупов авантюристов можно было снять оружие, остатки брони, сумки. Всё, что могло пригодиться. А чтобы мои скелеты не прохлаждались, а заодно и для дополнительной практики, стал задавать ближайшему из них новую программу сбора предметов. Моя цель была сделать этого отдельно взятого скелета гораздо аккуратнее, чем обычно. Я совершенно не желал видеть от них очередные разбитые склянки и чёрти что ещё.
И может, не идеально, но у меня получилось. Он стал гораздо медленнее, но перестал стремиться порвать одежду, бросать предметы на пол… Вместо этого, плавно их опуская. Затем я просто скопировал этот набор приказов, чтобы передать всем остальным. Это не совсем правильное их обучение, ведь если я сниму этот приказ, то они снова станут такими же тупыми, какими были прежде, но, главное, всё работает.
Затем мы наткнулись даже на относительно свежие трупы гоблинов. Они тоже были истерзаны, их тела разорваны, кости раздроблены. Интересно, что они-то здесь забыли… Может, тоже охотились на пауков? Или, наоборот, убегали от них?
На очередном трупе гоблина я нашел кое-что интересное. Небольшие глиняные горшочки, плотно обвязанные тряпками. Внутри них — неизвестный мне чёрный порошок. Система тут же выдала информацию:
[ «Самодельные ручные гранаты»]
И тогда в моей голове всё встало на свои места. Гранаты. Взрывчатка. У них даже были фитили, торчащие из тряпок. Звучит многообещающе. Мощное оружие против толстого панциря паука.
Может, попробовать взорвать паука одной такой штукой? Но тогда его ещё как-то нужно обездвижить… Или подобраться достаточно близко, чтобы кинуть? В любом случае, находка очень интересная. Это может стать частью плана. Я собрал все горшочки, которые нашёл, и уложил их в свои сумки, стараясь быть максимально аккуратным.
Мы прошли ещё дальше. Каньон уже начал сужаться. И тут я случайно наткнулся на какие-то особенно узкие странные тоннели. В высоту не более полутора метра. Чтобы пройти по ним, нам пришлось бы нагибаться. Они выглядели явно рукотворными, вырытыми кем-то. И более того, я не мог найти ничего подобного на карте бандитов. Этих тоннелей там не было.
Рядом со входом в один из таких тоннелей оказался истерзанный пауками совсем свежий труп гоблина. Его тело было хорошенько пожёвано.
Я остановился. Осмотрел тоннели. Они выглядели как норы. Убежища. Наверное, это какие-то гоблинские ходы, чтобы прятаться от пауков? Для их низкорослого роста они были бы вполне удобны для передвижения, а паукам, таким огромным, сюда просто не пролезть.
Я попытался развернуться к ним спиной, чтобы показать своему гоблину-пленнику, надеясь, что он среагирует на знакомую архитектуру. Но тот молчал. Ни звука. Ни движения. Ну и ладно.
Но всё же, если это построили гоблины, зачем им-то, низкорослым и трусливым, вообще иметь дело с пауками? Почему они не сидят в этих норах постоянно? Почему они вообще оказались в каньоне?
Любопытство взяло верх над осторожностью. Я решил попробовать пойти по ним.
«Отряд „Пауки“, следовать за мной!»
Я нагнулся и вошел в один из узких тоннелей. Скелеты шли за мной, тоже сгибаясь или ползком, из-за переносимых ими предметов. Чем дальше мы заходили, тем больше тоннели начинали походить на лабиринты. Разветвления, повороты, тупики. Это становилось опасно. Я едва запоминал обратный маршрут, полагаясь больше на интуицию и общую карту каньона, которая, впрочем, эти ответвления не показывала.
И тут я услышал звуки. Гоблинская речь. Где-то рядом, в одном из ходов. Голоса были приглушенными, но отчетливо гортанными.
Я остановился. Мой отряд замер позади меня. Голоса усиливались. Они казались очень нервными. Гоблины друг с другом ругались. Спорили. О чем? Я прислушался. Слова, которые доносились до меня, были тревожными. Что-то про «приманку», «кто пойдет», «паук».
Я понял. Они, кажется, кого-то готовят для паука. Приманку.
Я быстро вернул веревку в рот гоблину на своей спине. Никаких звуков от него сейчас быть не должно.
«Отряд „Пауки“, стоять!»
Я оставил скелетов в узком тоннеле. Сам же, сняв гоблина со спины и положив его на землю, ещё раз проверил все веревки на нём, чтобы тот вообще не мог пошевелиться и тем более закричать. Его глаза были расширены, он смотрел на меня с ужасом, но не издавал ни звука.
Затем сам прокрался вперёд. Ползком, по узкому тоннелю, двигаясь в сторону голосов.
Через несколько метров тоннель вывел меня к отверстию, из которого открывался вид на новую пещеру. Я осторожно выглянул.
Там я увидел следующее. Несколько гоблинов. Они были заняты. Привязывали своего ещё живого собрата к какому-то столбу посреди пещеры. Бедный гоблин выглядел испуганным, но молчал.