Я Скелет? Да вы издеваетесь!

— Кура! Куру-ку! (Нет! Что тебе нужно⁈) — вожак вдруг стал громче. Его голос прорвался сквозь страх, полный отчаяния.

Я дёрнул мечом, словно собираясь действительно нанести удар. Гоблинши испуганно пискнули, а вожак отреагировал на это с неожиданной резкостью. Он пытался ползти, дёргался. Удивительно. Этот же тот самый гоблин, так легко бросавший своих соплеменников на смерть и прятавшийся в башне, пока его племя истекало кровью, теперь отчаянно пытался спасти этих двоих. Вряд ли он скрывался бы здесь со случайными бойцами. Нет, эти гоблинши, вероятно, были для него по-настоящему дороги. И это обстоятельство можно было эффективно использовать. Мой взгляд скользнул по балкону башни, куда я, собственно, и пришёл. Оттуда открывался прекрасный вид на гоблинский лагерь и каньон. Идеальное место для демонстрации.

«Отряд „Пауки“, скелет номер 17, скелет номер 23, ко мне!» — мысленно отдал я приказ. По внутренним ощущениям они были ближе всех остальных. Но подниматься к нам им не потребуется.

Затем, не теряя ни секунды, я нагнулся и поднял гоблиншу на руки. Лёгкая. Вышел с ней на балкон. Вожак, видя это, совсем начал сходить с ума.

— Курари! Куру-ку! Кури-и-и! (Моя… Моя все сделает! Только не убивай их!) — пронзительно завыл он, его гортанные вопли были полны ужаса и мольбы.

С балкона я посмотрел вниз. Мои два скелета уже стояли там, готовые ловить. Но, похоже, не понадобится. Тем более остановить их потом от попытки убить гоблиншу было бы несколько проблематично. Тем более вожак, судя по виду, действительно уже был готов на всё. Вот и отлично. Это было даже слишком просто.

Я бросил гоблиншу на обратно на пол. Она тут же кинулась в башню, к своей спутнице, но мне не нужно было её останавливать, цель достигнута.

Я вернулся за вожаком. Он лежал на полу, всё ещё дрожа, его маленькие глазки умоляюще смотрели на меня. Я навис над ним, и медленно, демонстративно, начал показывать пальцами на свои челюсти, медленно шевеля ими.

— Рику… рику раку? (Ты хочешь… съесть меня?) — нервно прохрипел он, его голос был едва слышен.

Я махнул головой, отрицая его догадку. Затем жестами продолжил показывать свой рот, потом его рот.

— Кура… рику? Куру-ку? (Ты хочешь… поговорить? Скелет… ты хочешь говорить?) — его голос дрогнул, в нём проскользнула нотка удивления.

Я почувствовал некое удовлетворение от того, что он так быстро сообразил, что я имею в виду. Кивнул головой.

Вожак был поражён. Его сморщенное лицо вытянулось, а маленькие глазки расширились. Он что-то пробормотал на своём гортанном языке, его тон был грубым, но в нём сквозило явное изумление. Что-то вроде: «Да как же так⁈ Скелет, а такой умный!».

Я тут же замахнулся на него тупой стороной меча. Вожак вздрогнул и мгновенно замолк, явно осознав свою ошибку.

— Кура… рику… ракури… (Я… я выслушаю… только пощади их…) — жалким тоном промямлил он, глядя на меня с мольбой.

Я помог ему встать. Он был тяжёлым, его тело казалось мешком с костями. Я вывел его на балкон, к краю, откуда открывался вид на каньон, где продолжалась хаотичная битва между пауками и гоблинами.

Я указал на авантюристов, которые всё ещё сражались внизу, затем показал свой меч.

— Рику… рику раку? (Ты хочешь… атаковать их?) — спросил вожак, его голос был напряжённым.

Я кивнул, но затем указал на него, на вожака.

Вожак напрягся. — Кура… рику? (Ты хочешь, чтобы… гоблины их атаковали?) — его голос был полон недоверия.

Я ещё раз кивнул.

— Кура! Куру-ку! (Нет! Эти люди… они убьют нас!) — Вожак вдруг возмутился. Его маленькие глазки метали искры. — Раку ра! Ка рику! (Они слишком сильны! Мы не можем…)

Я снова замахнулся мечом. Он присмирел, но его возмущение всё ещё сквозило в каждом движении. Меж тем, я был удивлён, как легко вожак всё переводил. С пленником общаться было куда сложнее. Возможно, именно его статус лидера, его привычка к переговорам, позволяла ему так быстро улавливать мои жесты и намерения.

— Ку ракури ки раку… Курари! (Твоя привели сюда этих пауков, разрушили моя лагерь, а теперь ты хочешь, чтобы моя племя ещё и добровольно отдали твоя свои жизни⁈) — не сумев скрыть пренебрежения, выдал он. — Кура — ку! Рику рау ки… (Ты — дьявол! Из-за тебя моя племя уже потеряло нашего великого монстра слайма, многих хороших бойцов на арене и ещё больше в огне во время засады!)

Я хорошенько зарядил ему по башке тупой стороной меча. Звонкий стук металла о кость. Вожак покачнулся, его грубые слова оборвались на полуслове. Он потирал голову, но молчал.