Мой взгляд упал на гоблина. Он был слаб, труслив и абсолютно бесполезен в бою. Но он был единственным разумным существом в моём отряде, не считая меня. Мой инструмент. А бесполезный инструмент — это обуза. Он должен стать сильнее. Должен уметь защитить хотя бы себя, чтобы в будущем приносить реальную пользу.
Я остановил отряд.
— Ку-кура? (Ч-что такое?) — пролепетал гоблин, когда я развернулся к нему.
Я молча подошёл к телеге и вытащил из неё один из трофейных мечей — простой, без изысков, но вполне функциональный. Я протянул его гоблину. Тот с опаской взял оружие, его маленькие ручонки едва обхватывали рукоять.
Затем я жестами объяснил ему, что от него требуется. Я указал на него, потом на колонну скелетов, а затем сделал круговое движение рукой. Он должен был бегать. Вокруг нас. Без остановки.
— Кура-рику⁈ (Но зачем⁈) — возмутился он. — Кури-ка! (Я не хочу!)
Я не стал отвечать. Я просто поднял свой двуручный меч и сделал медленный, угрожающий шаг в его сторону. Гоблин взвизгнув, спотыкаясь, побежал.
Началась наша великая тренировка. Он бегал кругами, а я, если успевал догнать, отрабатывал на нём свои фехтовальные приёмы. Я бил его всерьёз, пытаясь воспроизвести то, что увидел при сражении с головорезами Гольдштейна. Но медленнее, заставляя гоблина уворачиваться, парировать, двигаться, а не сдохнуть на месте от первого же тычка.
Я был абсолютно серьёзен. Я анализировал свои движения, свои ошибки. Мои взмахи были сильными, но грубыми, лишёнными техники. Я вспоминал, как двигались головорезы Гольдштейна, их отточенные, профессиональные выпады, и пытался копировать их, насколько это было возможно для моего костяного тела.
Гоблин же был ужасен. Он спотыкался, падал, его удары были слабыми и неточными. «Такого любой зверь на один зубок, так не пойдёт», — с холодным прагматизмом подумал я. Мой разумный подчинённый, мой единственный слуга, должен быть боеспособной единицей. Он должен уметь защитить хотя бы самого себя. И тогда, возможно, в далёком будущем, он даже сможет сам возглавить армию и защитить своего настоящего хозяина и вожака… Меня.
Первая цель нашего маршрута находилась далеко — на другой стороне горы, у подножия которой раскинулся подземный лес. Путь был не из лёгких. Узкие, извилистые тропы карабкались вверх по скалистым склонам. Моим скелетам, лишённым усталости, это не доставляло проблем, но пустая телега, которую я приказал им тащить, то и дело застревала между камнями, её колёса соскальзывали с обрывов. Приходилось постоянно останавливаться, отдавая команды, чтобы вытащить её.
Чем выше мы поднимались, тем сильнее менялся мир вокруг. Узловатые деревья подземного леса уступили место странным, искажённым растениям, цепляющимся за голые скалы. Земля под ногами была покрыта толстым ковром мха, который тускло пульсировал зеленоватым светом, словно живое, дышащее сердце. В воздухе, неподвижно зависнув, парили разноцветные энергетические споры, отбрасывая на камни причудливые, танцующие тени.
Наконец, мы достигли вершины. Перед нами раскинулось небольшое, уединённое плато. И здесь я их увидел. Я тут же отдал приказ: «Укрыться!»
Моим тонким участием, отряд бесшумно растворился среди скал и валунов, затаившись. Я же спрятался чуть ближе, за большим камнем и начал наблюдение.
Это были не волки. Точнее только наполовину.
[Системный анализ: Раса — Оборотень (Псионик). Уровень угрозы: Высокий]
Они были огромными, мускулистыми гуманоидами, передвигающимися на двух ногах. Их тела, покрытые жёсткой, свалявшейся шерстью, были воплощением грубой силы. Из вытянутых волчьих морд торчали острые, как кинжалы, клыки, а глаза горели недобрым, фиолетовым светом.
Но самое жуткое было не в них самих. А в их свите. Вокруг оборотней, словно послушные марионетки, бродили примитивные пещерные твари. Я инстинктивно запросил у Системы анализ ближайших.
[Системный анализ: Хитиновый жук-переросток (подчинённый). Уровень угрозы: Низкий.]
[Системный анализ: Пещерный ящер (подчинённый). Уровень угрозы: Низкий.]
[Системный анализ: Роевая муха-падальщик (подчинённая). Уровень угрозы: Минимальный.]
Их движения были дёргаными, неестественными, а глаза — пустыми, светящимися тем же фиолетовым светом, что и у их хозяев. Я понял — эти существа были под полным ментальным контролем.
Внезапно два оборотня отделились от группы и, лениво переговариваясь, подошли к одному из ящеров. Тот зашипел и попытался отползти, но один из оборотней придавил его к земле массивной лапой. Второй, не торопясь, наклонился и длинными, острыми когтями с отвратительным хлюпающим звуком вырвал у ящера один глаз. Ящер забился в конвульсиях, но его крик был беззвучным. Оборотень с наслаждением закинул глаз в пасть и с хрустом разжевал. Затем они поменялись местами, и второй проделал то же самое с другим глазом. Ослеплённого, истекающего кровью ящера они просто пнули в сторону, и тот, слепо тыкаясь мордой в камни, пополз прочь.