— Так, — обратился Том к своему старшему телохранителю, который в нарушение правил протолкался к нему и теперь стоял рядом, — нам нужно убираться отсюда. Свяжись с самолетом, сообщи, что мы будем через десять минут.
— Слушаюсь, сэр.
— Спасибо, Сьюзен, ты лучшая из лучших, — сказал Том своей некрасивой, но преданной секретарше.
И направился прочь от огневого рубежа.
— Стрелок, вы не имеете права покидать рубеж, не показав разряженное оружие, не имеете права, я вас дисквалифицирую, если вы немедленно не вернетесь на огневой рубеж и не разрядите свое оружие.
Том обернулся.
— Ступай к чертовой матери, — бросил он и пошел дальше.
— Дисквалифицирован! Дисквалифицирован! Стрелок дисквалифицирован! — закричал судья, но не сделал и шага, поскольку Красного Техасца окружали со всех сторон трое мускулистых телохранителей.
Толпа расступилась под напором вооруженного человека и его вооруженных охранников, двинувшихся по коридору из потрясенных участников состязания и болельщиков, по главной улице Колд-Уотера.
Но тут на пустынной улице показался высокий ковбой, поднявший руку.
— Ковбой? — удивился Ник. — Черт побери, о чем это ты?
— О ролевом ковбойском состязании по стрельбе в Колд-Уотере, штат Колорадо. Я видел репортаж сегодня утром по Си-эн-эн и вдруг вспомнил слова ирландцев о том, что их босс играет в ковбоя. Поэтому я, как Шерлок Холмс, сложил одно с другим и получил Колд-Уотер. От того места, где мы находились, до Колд-Уотера всего около сотни миль, и мой приятель Чак всю дорогу гнал как одержимый, но поскольку это сборище стрелков, я решил подготовиться подобающим образом, и нам пришлось остановиться. Чак — бывший сотрудник правоохранительных органов и смог приобрести оружие без выжидательного срока. Мы выбрали отличный подержанный кольт. На заправке я купил шляпу, а когда прибыл на место, раздобыл кобуру и патроны сорок четвертого калибра, начиненные дымным порохом. Собирался встретиться с этим типом лицом к лицу.
— Надеюсь, ты не вызвал его на поединок?
— Разумеется, нет. Я только внешне похож на дурака. Мне просто хотелось на него посмотреть. Ему обо мне ничего неизвестно.
— Дружище, ты все сделал правильно. Сегодня мне удивительно везет. Повиси секундочку.
Какое-то время Ник выкрикивал распоряжения своим людям, требуя передать информацию в ближайшее отделение Бюро и выслать вертолет с группой захвата в Колд-Уотер, штат Колорадо.
Наконец он вернулся к трубке, учащенно дыша.
— Отлично, — сказал Ник, — я связался с Денвером. Группа захвата уже в пути. Она была предупреждена заранее и ждала на взлетно-посадочной полосе в полной готовности. До места лететь меньше получаса. Ты просто находись рядом с ним и…
— Проклятье, — перебил Боб, — что-то случилось. Констебл уже стоял на огневом рубеже, но тут вдруг к нему подбежала какая-то дамочка и протянула телефон. Он возбужденно говорит по телефону, так, теперь уходит в окружении своих ребят. Они сбегут, Ник! Констебл направляется к своему самолету.
— О господи, — пробормотал Ник. — Сколько их?
— Он сам и трое телохранителей, крепкие ребята. Оружия не вижу, но, полагаю, все вооружены.
— Проклятье! — выругался Ник.
— Я могу их остановить, — заявил Боб.
— О господи, — повторил Ник, словно мысленно представил кровавую перестрелку в людном месте: десятки убитых, все заканчивается полной катастрофой, и его карьера, только что спасенная, безжалостно растоптана.
Но затем он подумал: «Я проделал с этим стрелком долгий путь. Можно уже доехать и до самого конца».
— Решай сам, — сдался Ник. — Если ты считаешь, что нужно за ними проследить…
— Лучше дай мне какую-нибудь устную санкцию стрелять, и побыстрее, черт возьми, потому что они в ста футах и идут на меня.
Боб услышал, как Ник шепнул своим людям: «Будьте свидетелями и зафиксируйте все на бумаге», после чего громко произнес в телефон:
— Хорошо. Возьми его.
Толпе потребовалось какое-то мгновение для осмысления происходящего, а затем вдруг все стало ясно. Два стрелка стояли лицом к лицу в городке на Диком Западе, под палящим солнцем, готовые пролить кровь. Люди попятились — не прочь, а в стороны, вдоль главной улицы Колд-Уотера, чтобы посмотреть на событие, в реальной жизни не случавшееся уже больше столетия. И никто не смог бы заставить их уйти или отвернуться.