ГЛАВА 17
Мой мужчина аккуратно ложится на постель и увлекает меня себе на грудь. Я удобно укладываюсь, ощущая хаотичный, рваный стук сердца любимого. Мне сейчас хорошо. Так, как не было, наверно, никогда. Даже в то время, когда мы были вместе. После стольких испытаний, мы, наконец, вдвоём. Пусть не надолго. Но всё же.
Майк тянется к тумбочке. Достаёт сигарету из пачки и закуривает. Снова укладывает мою голову к себе на грудь. Даёт затянуться. Мы курим и молчим какое – то время, приходя в себя после бурного секса. После Майк тушит сигарету и нависает надо мной. Смотрит в глаза, гипнотизируя. Заставляя подумать, что всё ещё будет. Что я ему не безразлична. Так он смотрел на меня, когда сделал женщиной. Своей женщиной.
- Ни жена, ни шлюхи, ни модели или девочки – фанатки, не смогут так, Рита. – Я напрягаюсь, пытаясь встать. Эйфория уничтожена одной только фразой, - Тсс, - он легонько касается губами моих губ, - Никто не сможет любить меня так, как любишь ты, Снегирёва. – Я смотрю в его глаза, и вижу своего любимого мальчика, с которым никогда не было просто, но всегда было тепло и уютно. - Не смотря ни на что, ты меня любишь. А ведь только ты знаешь меня настоящего. Не крутого рок - музыканта, а маленького забитого и отверженного, никому не нужного мальчика. Только ты любила и отдавалась МНЕ, а не МАЙКУ КАММИНГТОНУ, зная всегда намного больше, чем остальные. За что? - Майк смотрит в глаза, пытаясь уловить каждую эмоцию. – Я знаю, что у тебя никого не было кроме меня, - утверждает, - как возможно ТАК любить, девочка? За что?
- За то, что ты есть. И за то, что ты мой. Родной. И за то, что ты всегда был моим дыханием… И я никогда не смогу объяснить этого, Майк. – Слёзы сами текут из глаз по вискам. Затекают в уши. – Только внутри у меня всё горит, когда ты не рядом. А когда рядом – ещё сильнее горит. Воздуха мне без тебя не хватает. И я, чёрт его знает, что это за чувство… - Замолкаю на секунду, - я называю его любовью.
Майк целует меня. Нежно – нежно. Его язык не спеша исследует мой рот. Его губы такие мягкие, чувственные, посасывают мои, руки ласкают грудь. Он оставляет губы и принимается сосать грудь. Сначала одну, потом другую. Проводит ладонями по талии, по рёбрам. Так чувственно. Так нежно. Я утопаю в его нежности, в его ласках.
- Майк.. Утром всё будет иначе. Мы ведь..
- Тебе не всё равно, что будет утром? – Майк снова становится циничным козлом, - Ты сейчас наслаждайся. Это всё, что у нас есть.
- Неправда! – Я вскочила с постели и принялась одеваться. В этот раз мои трусики были в зоне видимости. – Не хочу быть шлюхой, Майк! Даже твоей!
Я выбежала из его дома, на ходу надевая туфли и вызывая такси. Ну, почему я такая импульсивная?
Только у себя в спальне смогла, наконец, выдохнуть с облегчением и расслабиться. Понятное дело, что Майк и не собирался за мной гнаться, я убегала сама от себя. От наивной, нежной девочки Риты, которая любила этого мужчину чистейшей девичьей любовью до сих пор.
Я даже переодеваться не стала. Стянула с себя платье и прямо в белье нырнула под одеяло. Только сейчас поняла, что меня не было дома почти сутки.
Взяла телефон и позвонила Саре.
- Прости, мам. Я, - не нашлась, что сказать, да и говорить нечего. И так всё понятно. – Прости меня. Как Вы? Как Ник?
- Всыпать бы тебе хорошенько, дочка. – Мать вздохнула. – Несс сказала, что ты у Майка была. Но, знаешь, я, пожалуй, надеру тебе задницу, только объявись!
В голосе мамы слышались сердитые нотки, но я знала, что она меня просто пытается пристыдить.
Мне, на самом деле, было стыдно за своё безответственное поведение.
- Я дома и жду вас. Положила трубку, вернулась в постель и попыталась обдумать произошедшее, но, видимо, мой организм решил выспаться.