ГЛАВА 4
Беспокойство
Потихоньку вошла в дом, чтобы никого не разбудить, сняла обувь, кинула сумочку в прихожей. На цыпочках прошла на кухню. За столом в полумраке сидела мама. От неожиданности, я вскрикнула.
- Каммингтон вернулся. – Утверждение. – С ним была, дочка?
Саре я никогда не врала.
- С ним. – Я опустила взгляд, понимая, что мама не одобрит это, после всего, что нам пришлось пережить. Женщина встала, и, щёлкнув выключателем, подошла к плите. Поставила чайник.
- Садись. Будем чай пить. – Как же, чай. Сейчас начнёт меня допытывать, как и почему мы с другом оказались вместе, ещё и до самого утра. Мне сейчас было не до этого. Я была разбита. Хотелось орать, выть от разрывающих сердце эмоций. А ещё сорваться и бежать к нему. Наплевать на всё и побыть ещё хоть немного рядом.
- Мам, прости. Я устала. – Подошла и обняла женщину за плечи, - Не обижайся. Мне совсем не до разговоров сейчас.
- Он снова обидел тебя? – Сара взволнованно взяла меня за руку, вглядываясь в лицо, считывая мельчайшие изменения эмоций.
Я не выдержала.
- Я люблю его, мама! Не могу без него! Зачем он приехал опять?! – Зарыдала, уткнувшись в плечо матери. – Я думала, что смогла. Ну, почти смогла. Почти смирилась. Грызла себя каждый день обидами, заставляя поверить, что разлюбила.
- Так не бывает, милая. – Сара гладила меня по волосам, успокаивая. – Ничто не заставит сердце разлюбить по щелчку, как бы ты не старалась. Но время – лучший лекарь. Поверь.
- А ты смогла? – Я посмотрела в глаза женщины, - Ты смогла разлюбить и забыть Филиппа?
Она промолчала. Только боль колыхнулась всполохом в глубине зрачков, и женщина поспешила отвести взгляд.
- Мы сейчас не обо мне, Рита.
Мать быстро перевела разговор с больной темы.
- Я не поняла, зачем он приезжал ко мне, мам. Всю ночь всё было хорошо, а утром просто разошлись. Холоден был, как никогда в жизни. – Я перестала всхлипывать. Волнение, непонятно откуда нахлынувшее, усиливалось. Сара посадила меня за стол, заварила каркаде себе и мне. Поставила чашку передо мной. – И его «Прости». Потом просто уехал и всё.
- Душа у него болит, дочка. Ох, как болит, видимо.
- А у меня, мам? Моя не болит, она бьётся в агонии каждый прожитый день без него.
- А ты отпусти, – женщина отпила глоток из чашки, серьёзно на меня посмотрела, - отпусти ненависть и обиду, и тебе станет легче. Я знаю, как тебе тяжело, дочка. – Женщина взяла меня за руку, подбадривая, - Прощение исцелит тебя и его. Только прощение.
- Не могу. Вспоминаю, через что пришлось пройти тогда, и убить его готова. За то, что даже не попытался, мам. Хочу, чтоб мучился, чтоб подыхал, как я.
- Не говори так, милая. От обиды можно много лишнего в сердцах ляпнуть, а потом жалеть всю жизнь. Ведь он также стал жертвой обмана, как и ты.
- Жертвой своих амбиций и слабостей он стал.
Мать лишь тяжело вздохнула. Видимо, в моих словах всё же была истина.
- Допивай чай, и иди отдохни. Потом видно будет, что дальше делать. – Она убрала со стола и стала готовить завтрак Коле. – Иди. Иди, дочка. Сейчас приготовлю, и пойду нашего мужчину будить. Он не должен тебя видеть в таком состоянии.
- Но..
- Я Николая в сад отведу сама.
- Спасибо, мам. Пойду. Попробую уснуть.
Поцеловала мать в щёку, и отправилась сначала в комнату сына. Постояла тихо, посмотрела на спящего ангела, и тихонько вышла, чтобы не разбудить. Господи, они так похожи с Майком.
Упала на постель без сил. Обняла подушку и ревела, пока не уснула.
Проснулась под вечер, от звонка подруги.
- Как прошла ночь, подруга? – её весёлый тон меня взвинтил в долю секунды.
- Ты зачем это сделала? – Я готова была придушить подругу и расцеловать одновременно.- Давай при встрече, Несс.
- Ну мне же интересно! Еле до вечера дотерпела. Понимаю, что после бурной ночки, дрыхла весь день. Стоять то можешь?
-Дура! Несс, ничего такого не было.
- Ну, и какого хрена не было? Не дала? Гордая, да?
- Он не захотел.
- Что – о – о? Да быть не может. – По голосу подруги было ясно, что она действительно в шоке от моих слов. – Каммингтон так неожиданно заявился в редакцию, что я сама охуела, Рит. Он умолял свести вас. Хотел поговорить. Чтобы ты была не дома. Чтоб не убежала, не спряталась, и вам не помешали. Короче. Мне нужны подробности, детка.
- Несс, давай встретимся во вторник и поболтаем. Я пойду. Там мама с Ником пришли. Хочу побыть с сыном.
- Я поняла. Ок. Не теряйся. Всё хорошо будет. Не просто же так он вернулся. Блииин! Но он клёвый, подруга! Раньше бы никогда не подумала!
- Я пошла, Несси. Пока. И…это. Спасибо тебе.
- Всегда рада помочь влюблённым.
Отключила звонок и едва заставила себя подняться с постели. Голова раскалывалась от пережитого. Сходила в ванну и привела себя в порядок. После спустилась к родным. Сын бросился мне в объятья. Я присела на корточки.
- Мамулька! – Обнял меня маленькими ручками, - бабушка сказала, что ты нехорошо себя чувствуешь? – Обеспокоенный взгляд ребёнка вдруг заставил почувствовать вину за то, что он до сих пор не видел отца.
- Всё хорошо, зайчик. Я поспала и всё прошло. – Я улыбнулась сыну, всем видом показывая, что и правда чувствую себя лучше.
Весь вечер мы провели вместе с сыном. Я помогала ему делать поделки в сад. Потом мы смотрели мультики, ужинали все вместе. За домашними хлопотами я немного отвлеклась от мыслей о друге. Но, как только уложила Ника спать, и пожелала спокойной ночи Саре, оставшись одна в комнате, снова мысли возвратили меня к нему.
Непонятная, не проходящая тревога усиливалась в геометрической прогрессии. Я уже испытывала это мерзкое, вязкое беспокойство, словно должно случиться нечто ужасное. И это ужасное связано с Майком.
Завтра с утра на работу. Ляг спать, Рита. Но нет. Неведомая сила призывает меня бежать к нему. Но, я же гордая. Он утром дал мне, по сути, понять, что вчерашняя ночь была всего лишь ностальгией, и дальше идём своими дорогами.
Нет! Не могу. Сердце из груди выпрыгивает. Плевать на разум. Хочу его видеть. Это зверское желание сейчас быть с ним рядом, граничит с болью.
Быстро одеваюсь. Выбегаю на улицу, мельком замечая, что Сара наблюдает за мной из окна. Цепляюсь с ней взглядом, давая понять, что не могу иначе. Она понимает. Кивает мне вслед. На улице уже почти стемнело, редкие фонари зажигаются на обочинах дороги.
Я бегу, практически не замечая ничего вокруг. С каждым мгновением, моя тревога усиливается. Не понимаю, что происходит, правильно ли я поступаю. Просто прибегаю к двери его старого дома. Вижу свет в окне. Сердце обрывается.
Останавливаюсь на пороге.