– А кто этот Полох? – зашептала старушке на ухо, прижимая к груди книгу, которую утащила у ночнушек. Меч владыка благополучно унес с собой. Почему-то мне не хотелось, чтобы мужчина со змеиными глазами нас слышал.
– Он из личной охраны Владиса. Хоть этому мальчишке не нужна защита, но верные сторонники очень. Полох – один из самых преданных, – охотно пояснила Зала. – Не бойся его. Он всегда выполняет приказы, так что будет защищать тебя во что бы то ни стало. Только у него с общением не лады, так что не удивляйся, если он тебя неправильно поймет. Прямой, как жердь.
– Поняла, – сделала себе пометку вообще не трогать этого странного стража.
– А вот и твои комнаты! – радостно сказала женщина и открыла передо мной ближайшие деревянные двери.
Моя комната оказалась довольно просторным комбо из гостиной и спальни. В лицо сразу пахнуло теплом, березовыми бревнами и сандалом. Справа горел камин, стояли два кресла с высокими резными спинками и маленький круглый столик между ними. Слева кровать-полуторка, ширма, платяной шкаф и маленькая дверка. Спальная часть удачно отделялась от основной шторами, которые сейчас были подвязаны по стенам. И все дорогое, позолоченное, в стиле ампир. Бархат, шелка на стенах и драгоценная отделка – покои, достойные царевны.
– Как тебе? – Старушка хитро щурилась. Наверняка уже прочитала все по моему лицу.
– Будто оказалась в одной из комнат Зимнего дворца, – тихо выдохнула, вспоминая свой визит в Петербург летом и экскурсию по Эрмитажу.
– О, в твоем мире тоже есть дворцы? – ухватилась за это экономка. – А что еще у вас есть? Нечисть? Армия нежити? Может, магией владеете?
– Ничего из этого. – Я хихикнула в кулак. – На Земле правят технологии – техногенный мир. Программы, роботы, станки и инженерия, – я кратко изложила суть, но вряд ли старушка меня поняла.
– Это что-то новенькое. – Она поправила завязки на чепчике. – Из тихогения к нам еще не приходили. Все шаманы, маги, воины разных боевых искусств и им подобные. А ты кем, девонька, бушь?
Эта милая старушка так напоминала мне покойную прабабушку, что я не могла не умиляться ее говору и поведению. И тут меня осенило, что в магическом мире со страшным злодеем нечисть говорит на чистом русском, даже на его устаревшей версии.
– Я бухгалтер, – решила не рассказывать, что военный, а то сменят роскошную комнату на камеру в тюрьме. – А что у вас с языком? Почему я могу говорить, читать и понимать вас?
– За это можешь Пласа поблагодарить. Эти фанатики как-то настроили портал, что при перемещении речь, письмо, способность читать и воспринимать язык на слух прививается в момент пересечения ткани между мирами.
– А они сильно заморочились, – я по достоинству оценила их усилия. Мне они принесут только пользу.
– Им пришлось. Ты не видела, как первый воин стоял посреди храма, лупал на них зенками и ни в зуб ногой, чего от него хотели служители света. А те скакали вокруг, рисовали инструкцию мелом на полу и совали ему меч в руки. В конце концов он так и не понял, зачем его вызвали.
– И что с ним произошло? – Я искренне смеялась, представляя подобную картину.
– То, что и с тобой должно было. Больно бойкий оказался, – выдохнула старушка и поджала губы. – Ну, довольно разговоров, тебе бы отдохнуть, девонька. Одежа в шафе, ночной горшок под кроватью, а лохань за маленькой дверью. Если захочешь помыться, проси Полоха выволочь ее на середину комнаты, а мавки уже сами воду наберут.
– Мавки? Лохань? – Я пыталась понять значение незнакомых слов. Кажется, синхронный магический перевод сломался. И тут ночнушки напортачили! – Ночной горшок?
А вот предназначение последнего я знала, но как-то не горела желанием использовать.
– А унитазы в вашем мире есть? – с робкой надеждой уточнила я, все еще крепко прижимая томик заклинаний призыва к груди.
– Уни-что? – озадачилась Зала.
– Унитаз.
– Тазы у нас самые обычные. Захочешь – сама сделаешь из него этот самый “уни”, что бы это ни значило. – Старушка собиралась уходить.
– А Полоха вы с собой не забираете? – пискнула я, заметив темную фигуру в углу, вне досягаемости для света от камина.