– Вот ты мне и поможешь, Степаныч. Где берега путать будут, покажешь. Где, наоборот, слишком мягко поступаю, подскажешь. А где сам не справлюсь, подсобишь. Так и сделаем Петроград свободным и чистым. Чтобы человек жить мог, а не выживать. А там, смотри, и остальная страна к нам потянется. Ну, или мы к ней, – усмехнулся я.
На самом деле говорил я серьёзно. Не то, чтобы строил наполеоновские планы, но на несколько шагов вперёд определённо заглядывал. И понимал, что кроме столицы, есть ещё огромная территория не менее огромной страны. И там тоже каждый захочет урвать себе кусочек власти. А это снова кровь, война и прочие прелести “переходного периода”. В любом случае, сначала разберёмся здесь, а потом уж понесём пламя биореволюции дальше.
– Это ты меня в свои помощники назначаешь? – лукаво улыбнулся старик.
Я отнекиваться не стал и напрямую сказал, что да. Только пусть сразу берёт уровнем повыше. Считай, правая рука. Советник. Министр, если по-местному. Пока единственный и неповторимый.
Мне действительно нужен был человек, на которого я могу положиться, и кто будет идти рядом, не смотря ни на что. Василий Степаныч уже с лихвой подтвердил первый момент. А второй…тут время покажет. Я ему честно и открыто высказываю свои идеи и задумки. Он же пусть сам решает по пути нам или нет.
– Повышение, конечно, вещь хорошая. Да только и ответственности больше. Я ж не из учёных или чинуш каких, могу и напортачить по незнанию, – задумчиво произнёс он отхлебнув чаю.
– Ошибаться может каждый. Но я точно знаю, что без тебя я могу таких дров наломать, что мало не покажется, – пожимаю плечами я.
– Ох, Яшка изменился ты. Уж и не вижу в тебе того робкого парня, который только винтовку в руки взял. Теперь тебя, наверное, и по отчеству величать нужно, – так и не сказав чёткое “да”, ответил Степаныч.
Знал бы он, что я, вообще, не Яков, а пришёл сюда из другого мира… Звали меня там по-другому. Да только имя это осталось далеко в прошлом…в пламени всеобщей войны и атомного пожара. Сейчас, я тот, кто есть. Кстати, а какое у меня отчество? Вроде, и документы были в бушлате, когда ещё в отряде красных находился. Да как-то всё недосуг посмотреть было. А про фамилию и говорить нечего.
– Можно, просто по имени. А потом, как развернёмся, и псевдоним придумаю яркий и цепляющий. Вон, как этот лысый мужичок, что совсем недавно на броневике выступал. Там тоже фамилия, вроде обычная, а заменил несколько букв и прям совсем другое получилось, – хрустнув сушкой, отвечаю я.
– Эх, молодёжь. Слышали звон, да не знаете откуда он, – покачал головой Василий, – у Ленина и других “имён” полно. Просто это самое известное. В целях конспирации и не такое придумаешь.
– Вот и придумаем. А пока давай просто Яков, как и раньше.
– Ты главное Пяткой не становись, – вдруг засмеялся старик.
Шутки я не понял, а Степаныч пояснять не стал. Сказал только, что Библию почитаю и сам пойму. Что ж, тратить время на религиозные текста в ближайшем будущем я точно не намерен. Да, и основные постулаты метапрактики напрямую говорят, что, то, что не подтверждено этой самой сверхпрактикой, право на жизнь имеет только в виде философских концепций. Может, поэтому у нас и не было всех эти гонений и сражений во имя веры. Зато были другие… Человеческая натура всегда найдёт о чём спорить и зачем воевать.
***
– Значит, ты этих чудищ сам и создаёшь? – задал закономерный вопрос Василий.
Я уже выслушал посланника от Самуила и принял оставшихся четырёх Спецификов. Потрёпанные, но всё ещё твёрдо стоящие на ногах, химеры расположились во второй комнате, получив питание и включив механизм регенерации. Я пока ещё не знал, что с ними делать, поэтому оставил этот вопрос на потом.
Но вот Степанычу пришлось объяснять, что это за зоопарк образовался у меня в квартире. Кстати, ему бы тоже не помешало выделить отдельное помещение для жизни. В конце концов, в доме места ещё полным-полно. Правда, свой этаж я уже почти полностью занял лабораторией и “отсеками”, где обитали различные версии мозаичных организмов. Вултус и ему подобные отжали себе чердак. Нокс вместе со своими собратьями взяли дальнюю комнату. А Канису и его стае я выделил целую квартиру по соседству. Причём, организовав им отдельный выход через окно, где они могли спуститься вниз, планируя на собственных крыльях.