Поднявшись по осыпающимся кирпичам, я, на всякий случай, затёр следы своих приготовлений. Вдруг кто-то увидит, подумает не весть что. Может, вообще за какую-нибудь магию примет. В начале создания метапрактики подобные случаи бывали довольно часто. Народ ещё толком не осознал, что наша планета вращается вокруг солнца, и сама по себе круглая, а тут ещё и других нововведений полно. Электричество, настоящая химия без старой-доброй алхимии, физические явления, поставленные на благо человека и открытие энергии жизни, что полностью поставило всё познание мира с ног на голову. Потому и чудилось простому люду всякое. Колдуны, ведьмы и прочее. Хорошо хоть в религию массово никто не ударился. Были, конечно, отдельные секты и культы, восхвалявшие самых разных богов и их посланников. Да, и пророков хватало. Но, в основном, дальше небольшой географической области, где их и придумали, они не выходили. А, значит, и порыв уничтожения всего непонятного и отличающегося, того, что можно было бы назвать ересью, угас сам собой. Причём довольно быстро. Особенно, когда все эти “научные откровения” существенно облегчают жизнь обычным людям. Так что период “тёмного средневековья” прошёл практически незаметно, сразу перейдя в эпоху Возрождения, которая и стала основной для моего ныне сгоревшего в атомном пламени мира.
Минутная слабость полыхнула болезненной вспышкой в груди, перейдя в тягучее ощущение пустоты и безысходности. Я потёр виски и крепко зажмурился. Прошлая жизнь осталась в прошлом. И сейчас единственное, чего мне хотелось, это остаться в живых здесь. И, желательно, чтобы и новый мир остался существовать, не погрязнув в пучине войны, как мой. Поэтому задача, максимум, сохранить эту реальность. Ну, а, минимум, как уже понятно, выжить самому.
Закончив убирать импровизированную “лабораторию”, я присел на корточки и стал вглядываться в небеса. Чутьё опытного химеролога подсказывало мне, что моё творение близко и вот-вот появится в поле зрения.
И оно меня не обмануло. Мелькнуло тёмной молнией шестикрылое тело и, резко сменив траекторию, приземлилось рядом со мной. Вултус выглядел потрёпанным, но вполне себе живчиком. Похоже, химеризация прошла успешно и ближайшие пару суток он будет достигать полного слияния. Но уже и сейчас создание выглядело крепким и здоровым. Похоже, сила местной квинтэссенции V была довольно внушительна. Да, и, чего уж скромничать, мой профессионализм сыграл существенную роль.
Что ж, теперь предстоял довольно муторный процесс перекачки памяти. В принципе, он мог занять не больше десяти минут, в зависимости от объёма данных. Но не стоит забывать, что Вултус ещё “необкатанный” организм и для него такое действо будет впервые. Так что я, на всякий случай, ещё раз оглядевшись вокруг, забился в дальний угол обвалившегося подъезда и, коснувшись химеры, синхронизировался с ней.
Тошнота, короткая дезориентация в пространстве и вот я рваным зигзагом лечу над колодцеобразным домом, внутри которого укрепился противник. Резкий рывок вниз и запах табачного дыма пронизывает моё обоняние. Третье окно от входа во двор, последний этаж. Первый стрелок обнаружен!
Глава 4. На ступень выше
– Значит, тут и тут ещё по одному, а здесь двое. Так?
Я утвердительно качнул головой.
Мы сидели над импровизированной схемой здания, что начертил Степаныч куском красного кирпича на мостовой. Крестами было отмечено местоположение “снайперов”, а треугольниками боевые расчёты, находящиеся внутри и на входах-выходах из дома.
– Всё верно? Посмотри ещё раз, – сказал он, закончив свою “картину”.
Внимательно осмотрев рисунок и сопоставив его с образами, что передал мне Вултус, я подтвердил, что всё правильно.
– И это тебе животина неведомая подсказала…А показать ты её не можешь, потому что по своим делам убежала, – задумчиво произнёс старик, – как я, вообще, к командиру с таким пойду?
Это уже был риторический вопрос. Во всяком случае, я понял его именно так. Легенда моя, конечно, была шита белыми нитками, но другие варианты в голову просто не приходили. Да, и время поджимало. Вдруг там решат всё переиграть и переставить в другом порядке. Так что спешить следовало, в любом случае.
– Ты ж понимаешь, что тебя, скорее всего, первым и пошлют проверять твои россказни?
О, это уже прямой вопрос. Тут отвечать нужно. Что я и сделал, разведя руками и сказав, что готов грудью ответить за истинность разведанных.