И я увидел, как Спок усваивает эту информацию и принимает решение.
К тому времени, как Спок поднялся, чтоб покинуть мостик, слезы стали наворачиваться мне на глаза, ведь я лучше всех знал, что он собирался сделать.
Опять я ощутил порыв вскочить, выбежать из кинотеатра, спрятаться. Было достаточно тяжело играть предстоящие сцены — но теперь я был вынужден за ними наблюдать. И теперь, раз у меня не было возможности отвлечься, сконцентрировавшись на самой работе, это было невыносимо. Все, что я мог сделать — это мысленно просить у вулканца прощения.
Было ужасно само по себе смотреть, как умирает Спок — персонаж, к которому я испытывал величайшее восхищение, уважение, и… ну, хорошо, явную любовь — но вдобавок я знал, что частично винить нужно меня, именно меня. Я участвовал в заговоре, который привел к его смерти, если хотите, и чувство вины было кошмарным. Мне отчаянно хотелось сбежать из кинотеатра, но годы общения с публикой и прессой удержали меня на месте. Меньше всего мне хотелось, чтоб кто-нибудь неправильно меня понял и решил, что я недоволен фильмом или своей ролью.
И, как объятому горем другу, меньше всего мне хотелось бесконечно объясняться со зрителями. Так что я замер на месте и наблюдал, как Маккой, Кирк и Спок доигрывают свои последние совместные сцены. Я наблюдал, как вулканец мягко прижал кончики пальцев ко лбу доктора и шепнул: «Помни». Я наблюдал, как Кирк и Спок свели руки, разделенные стеклянной стеной, когда вулканец произнес: «Я был и всегда останусь твоим другом».
К тому времени, как все было кончено, слезы текли у меня по щекам.
Последовала сцена похорон — трогательный панегирик Кирка, сказавшего: «Из всех душ, встреченных мною в странствиях, его была наиболее человечной». Гладкая черная погребальная капсула Спока была погружена в торпедный аппарат и выпущена в звездную пустоту космоса.
Затем появился новый смонтированный кусок — которого не было в оригинальном сценарии, он был снят задним числом, в ответ на реакцию аудитории на тестовые показы (Харви и прочие на «Парамаунт» были озабочены мрачной атмосферой, в которую изначальная концовка погружала аудиторию, и сошлись на том, что нужен какой-то более обнадеживающий финал). Камера выхватывает поверхность планеты Генезис, где она медленно проплывает над туманом и листвой, чтобы наконец остановиться… на погребальной капсуле Спока, которая цела, невредима и сияет в солнечных лучах.
Ну, я знал, конечно, что «Помни» и слияние разумов с Маккоем оставили для Спока определенную лазейку…
Но я был настолько поглощен работой, что никогда по-настоящему не думал о том, как именно может эта дверь открыться для меня. Миг я сидел в темноте, с изумлением уставившись на погребальную капсулу — и затем, точь-в-точь как пять лет назад при просмотре «Звездных войн», понял: «Мне позвонят с «Парамаунт!»
Фильм стал хитом. Реакция критиков и фанатов была одобрительной, в кассах выстраивались длинные очереди.
Звонок не заставил себя долго ждать, вскоре мой агент, Меррит, и я были приглашены приехать на «Парамаунт» для встречи с Гэри Нардино. Гэри был назначен студией для руководства съемками следующего фильма.
Чего хочет студия, было ясно. Мы оставили в конце СТ-ГХ несколько интригующих сюжетных нитей — что, собственно, Маккою требовалось «помнить»? Что там с погребальной капсулой Спока, лежащей на планете Генезис? Какой эффект окажет устройство «Генезис» на его тело?.. И если оно действительно окажет какой-то эффект, не значит ли это, что мы еще увидим Спока таким, как мы его знали, или кого-то — что-то? — совсем иное?
Что не было ясно, так это что именно хочу я сам. Деньги не были основным вопросом. Мои дети уже отучились в колледже, и домом своим я владел полностью и на законных основаниях. Мы были очень аккуратны с тем, что я зарабатывал, и я знал, что еще будет куча доходов из других источников. Короче, деньги мне не были нужны. Что мне было нужно — так это интересная задача.
Но к тому времени, как Мерритт и я прибыли в офис Гэри Нардино на нашу встречу, назначенную на 9 утра, я все еще не был уверен, чего бы мне хотелось в обмен на работу над «Звездным путем-III». Возможно, это была еще одна удача (во всяком случае, для меня), что, когда мы прибыли в офис Гэри, его секретарь проинформировала нас, что он еще не подъехал, но позвонил из машины, чтоб сообщить нам, что опоздает минут на десять. Так что она сопроводила нас к паре удобных кресел, принесла нам кофе, добавив: