Выбрать главу

- Давай зажжем свечи,- предложила девушка,- если они у тебя есть, конечно.

- Обижаешь, - Денис заглянул в шкафчик и поставил на стол три крупные белые свечи.

Денис зажег восковые столбики и подал на стол пасту. Было изумительно вкусно!

- Лопай, лопай,- сказал он, - ты бледненькая.

- Я плохо выгляжу?- кокетничала Ася, втягивая пухлыми губками длинную спагетти.

- Нет, глупышка,- Денис перегнулся через стол и поцеловал ее,- ты обворожительна...

Закончив трапезу, Александра стала мыть посуду, изъявив таким способом желание хоть как-то отблагодарить сегодняшнего шеф-повара. Денис подошёл к ней сзади, обнял и убрал её волосы назад, освобождая соблазнительную шею. Пальцы разгоряченного мужчины скользнули по теплой коже Александры. Губы нежно коснулись виска. Этого было достаточно, чтобы мурашки забегали по телу и закружилась голова. Денис взял ее руки в свои, переплетая ладони. Мыльная пена легко проходила сквозь их пальцы, превращаясь в белое воздушное "суфле".

Развернув резко Асю к себе, он впился губами в ее полуоткрытый рот и стал неистово целовать. Всё происходило очень быстро, страстно. Денис подтолкнул свою любимую к столу, задрал юбку и сжал её упругие ягодицы. Легко поднял и усадил на стеклянный край. Одурманенный желанием, он рукой столкнул всё, что было на столе. На пол с грохотом полетела посуда, свечи потухли, оставляя после себя легкий дымок. На освободившееся место Денис положил Александру и стянул с нее легкую блузку. Горячим ртом он ласкал её тело, задержался в ложбинке между грудей и остановился возле пупка.

- Денис,- тихий стон мольбой вырвался из её груди.

- Мне остановиться? - улыбнулся он в правый уголок рта и в его глазах заплясали зеленые чертята.

Ася замотала головой, бормоча что-то невнятное. Снимая с нее всё лишнее, Денис покрывал дрожащие ноги горячими поцелуями. Он любил так её отчаянно, не выпуская из рук любимую. Словно боялся потерять её снова. Александра из последних сил вгрызалась в костяшки своей ладони, безжалостно оттягивая зубами кожу, с трудом переживая невыносимое наслаждение. Выбившиеся из сил, они лежали на полу и тяжело дышали.

Стены, покрывшись легким налетом неловкости, навсегда запомнили звуки их сладких стонов. Матовая плитка под их телами впитала в себя смешанный запах любовников, капельки пота еще вздрагивали на затейлевом рисунке. Холодный воск застывшей лавой прилип к осколкам битой посуды, а где-то рядом слышался звук льющейся воды из крана... 

 

Глава 18

Карина сидела в своей гостиной и слушала шум дождя. Одиночество съедало её, поглощало в бездну. Своими черными когтистыми клещнями хватало за темные стороны. Подпитывась злостью, обидой и неуверенностью, тащило обозленную женщину к себе в зияющую дыру.

- Я отомщу ей, он освободиться от её чар и будет со мной, - пульсировала мысль в её мозгу, разливаясь головной болью по вискам.

Карина держала в руках чашку с горячим чаем и не чувствовала обжигающего жара в ладонях. Внутри хрупкой женщины разгорался огонь мести. Она злилась на Александру - с ней Денис изменился и научился любить; она обижалась на мужа - он слеп и не видит её, свою жену, как женщину; она жалела себя - сколько лет впустую пролетело в ожидании счастливого и настоящего брака.

Карина всем своим естеством желала мучений сопернице. Изощренные пытки всплывали в её сознании, разгораясь адскими искорками в ледяных глазах...

Покрывшись дрожью от внезапно пришедшей идеи, Карина схватила телефон и набрала номер, значившийся в её списке как "Ворон".

- Привет, - она говорила быстро, чётко, - нам нужно встретиться. Есть работёнка для тебя.

Моросящий дождь скрывал от любопытных глаз непреметную дверь бара "Молот" в старой части города. Дорогая машина, редкость для таких мест, остановилась у входа и женская фигура, брезгливо ступая каблуками итальянских сапог по осенней грязи, зашла в сомнительное место встреч.

Сквозь пелену сигаретного дыма и одурманивающего смрада непонятной дури просачивался аромат французских духов. Люди, погрязшие в своих илюзионных мирах, лениво поднимали захмелевшие глаза на, странную для этих мест, посетительницу и отмахивались руками от наваждения.