Стрельба снова стихла.
— Паш, а что дальше делать будем? — Коля осторожно приподнялся к окну, пытаясь разглядеть хоть что-то, как вдруг опять ожили автоматы, выбивая деревянные щепки из рам. Коля охнул, схватившись за лицо, нырнул назад и выдернул из щеки здоровенную занозу, воткнувшуюся справа, чуть ниже переносице.
— Хорошо, что не в глаз, — сухо заметил Паша.
Коля растерянно переводил взгляд с окровавленной щепки на Пашу.
— Ни фига себе… — выдохнул он и снова спросил: — Что делаем-то?
— Сидим пока. Им надо либо в дом лезть, либо уходить. Ждём, что выберут. Они же не знают, сколько нас тут. Опасаются.
— А если в дом? — голос Коли дрогнул.
— Встретим их здесь. Но я бы на их месте не рискнул.
Стрельба стихла, и в наступившей тишине повисло напряжение.
Паша усмехнулся.
— Думают. Боятся заходить…
Не успел он договорить, как дверь с грохотом распахнулась от удара ноги, и в комнату, глухо застучав по полу, полетел тяжёлый предмет.
— Граната! Ложись! — заорал Паша, падая на пол и прикрывая голову руками.
Коля же не успел среагировать. Он так и остался сидеть, с ужасом глядя на выбитую дверь, сжимая в побелевших пальцах двустволку. Оттуда показался немец. Его лицо исказила ехидная ухмылка, но, увидев оружие, направленное на него, и безумный, полный отчаяния взгляд Коли, он попятился. Пытаясь быстро выскочить обратно, фашист налетел на своего товарища, входившего следом. Ружьё дёрнулось в руках Коли, и немец рухнул на пол. Второй фашист рванул внутрь, но Паша, мгновенно развернувшись, всадил пулю ему в живот. Немец, скрючившись, обмяк у порога.
— Держи дверь на прицеле! — крикнул Паша и, высунувшись в окно, выстрелил.
Нарастающий шум мотора заставил насторожиться. Звук приближался, становясь всё отчётливее.
— Если это фрицы, нам хана, — устало выдохнул он.
Но никто не стрелял. Стояла тишина, нарушаемая лишь рокотом двигателя.
— Может, наши? — в голосе Коли прозвучала робкая надежда.
— Может, — Паша осторожно выглянул в окно. Врагов не было видно. Он повернул голову на звук мотора и расплылся в улыбке. — Точно, наши! Как они узнали?
Его взгляд метнулся в сторону леса, и улыбка мгновенно погасла.
— А эти твари сбежали, — процедил он сквозь зубы и зло сплюнул на пол. — Сволочи!
Коля радостно вскочил на ноги, но Паша схватил его за рукав и пригнул обратно.
— Не спеши. Не хватало ещё пулю словить, когда всё закончилось. Обидно будет.
Грузовик с лязгом и скрипом, остановился у дома. Паша с Колей поднялись и не спеша направились к двери.
— Ну что, дорогой товарищ повар, ты цел? — двое солдат с винтовками шли к нему навстречу.
— Нормально, повоевали чутка, — нервно улыбнулся Паша.
— Да ладно, врёшь поди, повоевали. Хотел нас без ужина оставить, да?
— Нет, ребята, как можно, ужин — это святое!
— Не хочет работать, — ухмыльнулся другой боец. — Лишь бы отдыхать да молочко попивать.
— А это кто? — один из солдат указал на крыльцо, где остался стоять Коля с ружьём в руках. — Ты кто, парень?
— Я? — Коля перевёл взгляд с солдат на себя, ошарашенно оглядел свою запылённую одежду и с неожиданной гордостью произнёс: — Я свой, советский. — И тут же смущённо потупился.
Дружный хохот прокатился по двору.
— Свой он! — смеялись солдаты. — Советский.
— Мужики, хорош вам, — вступился за парня Паша. — Это Коля, нормальный пацан. Вчера они вчетвером вышли к нам: две девчонки и два парня. И сейчас проявил себя как настоящий боец, спас нас обоих. Немцы, заразы, камень нам в дом закинули. Я и повёлся, залёг. Вот ведь, — зло сказал он, — и на старуху… А Колян как сидел, так и остался сидеть. А когда эта сволочь вошла, сразу положил его, — и, повернувшись к парню, хлопнул его по плечу.
Коля покраснел.
— Ну, тогда ладно, «советский», полезай в кузов, — хохотнул снова солдат.
— А как вы узнали? — Паша повернулся к товарищам.
— Славка примчался, кричит: «Немцы! Немцы!» Мы сразу в машину, сколько влезло, и к вам.
— Ай да Славик! Орёл! Надо будет как-нибудь его отблагодарить и, обратившись к ребятам, добавил: — Семёныча бы похоронить.
— Сейчас сделаем, — откликнулся один из бойцов.
Марья Афанасьевна, сидя на ступеньках, беззвучно плакала, закрыв лицо руками.
Пока тряслись по просёлочной дороге, Коля пытался осмыслить прошедший бой. Он так и не понял, как всё произошло. И повторись всё снова, вряд ли смог бы совершить что-то подобное. Их спасло то, что он впал в ступор, услышав крик «Граната!», а потом, увидев немца в дверях, палец сам собой нажал на спуск.
До расположения полка добрались быстро. Коля спрыгнул с кузова, перекинул ружьё через плечо и направился к дому. Во дворе его уже ждали друзья.