— Так точно! — ребята вытянулись по струнке.
— Батальон! — прозвучала новая команда. — По вагонам! Первая рота приступить к погрузке! Вторая рота...! Первый взвод...! Второй...! Третий! — команды сыпались одна за другой, разрезая воздух.
— Сюда давайте, залезайте, — показал им на распахнутые створки вагона пожилой солдат, удивительно похожий на Колиного деда.
Коля замер, помотал головой, будто пытаясь прогнать наваждение.
— Что, сынок, головой трясёшь, заболел никак? — добродушно спросил боец.
— Извините, я… вы на моего деда очень похожи, — смущённо выдавил Коля.
Тот тепло улыбнулся, по-отечески потрепал парня по волосам и жестом указал на распахнутые двери.
Ребята залезли внутрь, озираясь по сторонам. Внутри пахло деревом и махоркой. В центре, на листе железа, стояла печка, от неё к потолку тянулась труба.
— Во, смотри, Серёг, «буржуйка»! — Коля ткнул пальцем на стоящую посредине вагона печь, словно увидел чудо.
— Проходим, проходим, быстрее, — слегка подтолкнул их боец, шедший следом. — Вы что, теплушек никогда не видели?
— Нет, не видели, — Серёга с любопытством вертел головой.
— Надо же, где ж вас таких набрали? — искренне удивился тот. — Вон туда проходите. Залезайте на полки, ехать долго, отдохнём хоть. Рюкзак под голову, и друг к другу прижимайтесь, так теплее будет. Ночи ещё холодные.
Ребята послушно кивнули и запрыгнули на грубые деревянные нары, подложив под головы тощие вещмешки.
Вагон был деревянным. По периметру зияли щели, и когда налетал ветер, слышался жуткий свист и завывание. Некоторые солдаты расстелили шинели на полу и уселись вокруг «буржуйки». Большинство закурили, и вскоре густым дымом заволокло всё пространство. Глаза защипало, они начали слезиться, дышать стало трудно, несмотря на то, что вагон продувало со всех сторон. Серёга вытер выступившие слёзы и, наклонившись к другу, прошептал:
— Пора курить начинать, — недовольно скривился он. — Так легче будет.
— Легче не будет, — возразил Коля, часто моргая, чтобы прогнать резь в глазах. — Здоровье беречь надо. Оно тебе ещё пригодится.
— Где тут его сбережёшь? Надымили так, что топор можно вешать. И не видно ничего, — он отчаянно замахал руками, пытаясь разогнать дым. — Задохнёмся же.
— Не задохнёмся, — отмахнулся Коля. В этот момент вагон слегка дрогнул, потом ещё раз. — О, поехали! — прокомментировал он, улыбаясь
Состав тронулся, медленно набирая ход, и понёс друзей на встречу неизвестности.
Коля дёрнул друга за рукав, кивком указав на пожилого солдата, который, прикрыв глаза, дремал в углу.
— Смотри, вылитый мой дед. Может, нас специально высшие силы с ним свели.
— Коль, какие силы? — Сергей устало потёр лицо, стараясь не зевать. — Твоему деду в это время девятнадцать было. Он выглядел так же, как и мы. Вряд ли мы его узнаем, если даже встретим. Успокойся, просто очень похож. Я в деревне недавно тоже бабку видел, вылитая моя соседка с третьего этажа.
— Эта та, что с бородавкой на щеке? — уточнил Коля.
— Ага, — кивнул Сергей.
— Да, — Коля покачал головой. — Она точно колдунья, не иначе.
— Давай лучше поспим, — предложил Сергей, укладывая вещмешок поудобнее. — А то у нас скоро все будут на кого-то похожи.
Коля кивнул, соглашаясь. Он подтянул к себе край шинели, закрыл глаза и попытался отключиться от шума, дыма и тревожных мыслей.
Сквозь дрёму доносился стук колёс, приглушённый говор солдат и далёкий, но неумолимый грохот войны, ставший теперь их жизнью.
Девчонки сидели в холодном санитарном вагоне, тесно прижавшись друг к другу и разговаривали с медсёстрами.
— Свет, а куда мы едем? — Ира невольно поёжилась от пронизывающего холода, обхватив себя руками.
— Замёрзли? — мягко спросила Света, оборачиваясь к ним.
Яна с Ирой кивнули в ответ, плотнее кутаясь в шинели.
— Ничего, сейчас Гена печку растопит, станет теплее, — успокоила их Света.
— Так куда нас? — нетерпеливо переспросила Яна.
— Думаете, я всё прям знаю?
— Ну, уж больше чем мы, наверное, — заметила Ира.
— Едем под Харьков. Говорят, там началось наступление. Мы вроде как на вспомогательном направлении. Точно не знаю, но готовиться нужно серьёзно, раненых будет много.
— Почему? — голос Иры дрогнул.
— Потому что при наступлении всегда больше потерь, чем при обороне.
— А что мы будем делать? — она с тревогой взглянула на Свету.
— Вы прикреплены к медсанбату, там руки нужны. С вами ещё девчонки будут, человек… — Света на мгновение задумалась, припоминая. — Точно не скажу сейчас. Я тоже с вами. А кто-то на передок — раненых вытаскивать. Всё как обычно.