Сидим уже сколько, ни вперёд, ни назад.
— Так ты же сам спрашивал: «Когда это кончится?» — напомнил Сергей. — Вот, кончилось. Чего не рад?
— Чему радоваться? Что нас утюжат всё время. Из окопов носа не высунуть. Лучше уж тогда наступать.
— Тебе не угодишь, — Сергей лениво выскребал остатки холодной тушёнки из банки.
— Мне не надо угождать. Я хочу понимать, что происходит. А мы сидим тут, не двигаясь с места, как слепые котята.
— И что ты предлагаешь? — Сергей наконец поднял глаза.
— Да ничего. — отмахнулся Коля. — Хорошо, что не мороз. А так бы уже заболели. Всё мокрое, грязное. Руки помыть нечем. Про остальное вообще молчу. — Он сидел, глядя в одну точку. — В туалет боишься выбежать: то ли снайпер снимет, то ли арта накроет. Терпишь до последнего. Вон парнишка лежит, всё метался: «Я в туалет хочу, не могу больше терпеть». Ему говорили: «Иди в дальний окоп!». А он: «Я в лес, мне по-большому надо, там хоть листья есть». Ну и что? Только вылез — бах! Всё, больше не хочет. Теперь я воочию увидел всё то, о чём мне дед рассказывал…
— Коль, я же здесь был. Зачем ты мне пересказываешь? — Серёга облизал ложку и запил водой из фляги.
— Так… Разговариваю сам с собой.
— Ну, тогда сходи с мужиками пообщайся.
— Да я ходил. Они там сидят, как истуканы. Только ворчат: «Не шастай по окопам, демаскируешь». А я же аккуратно, просто ноги размять немного, а то затекут, не встанешь потом.
— Устали все, прикрой тоже глаза.
— Да пробовал я, спать хочу, а заснуть не могу.
Внезапная темнота окутала окоп. Только что было светло, а спустя полчаса наступила ночь. Ребята расстелили на дне одну шинель, а другой укрылись. Сейчас этого добра было навалом. Солдаты гибли, обмундирование оставалось. Всё стихло. Самолёты не летали, арта молчала. Лишь изредка доносились одиночные выстрелы.
— Фрицы тоже, наверное, спать хотят, — проворчал Сергей, подкладывая под голову вещмешок.
— Конечно, а как же, — отозвался Коля, бросая другу ещё одну шинель. — На, сверни, как подушка получится.
— Третью? Неудобно как-то…
— Перед кем?
— Вообще.
— Не занимайся ерундой, Серёг, неудобно ему…
Сергей вздохнул, аккуратно сложил шинель и подложил под голову.
— Знаешь, — тихо произнёс он спустя минуту, — когда мы сюда попали, я подумал: ладно, немного повоюем и домой. А теперь даже не представляю, как отсюда вернуться.
Коля промолчал. Он смотрел в чёрное небо, пытаясь разглядеть хоть одну звезду. Огромное количество мыслей, крутившихся в голове, не задерживались там ни на секунду.
Ветер усилился, пробираясь в окоп ледяными пальцами.
— Надо поспать, — подумал Коля и закрыл глаза.
Заснули быстро.
Коле снилась Ира. Они сидели в поле, усыпанном одуванчиками. Всё вокруг сияло золотистым светом, будто само солнце рассыпало пыльцу по траве. Девушка что-то рассказывала и улыбалась, а Коля просто любовался ею. Она была прекрасна в своём белом сарафане, с венком из одуванчиков на голове. Ира нежно провела ладонью по его щеке.
— Я тебя люблю, — прошептал Коля.
— И я тебя очень люблю, — ответила она, потянувшись к нему для поцелуя…
Серёге же снилась свадьба. Он стоял посреди огромного светлого зала, утопающего в цветах. Вокруг толпились гости, родители улыбались. Рядом, очаровательная Яна. Он надевал ей кольцо на палец, девушка сияла. Только почему-то она была одета в чёрное вечернее платье, а он — в белоснежный костюм. Коля с Ирой стояли по правую руку…
Мощный взрыв ударил по ушам, сотрясая зал. Посыпались осколки, люстра рухнула, едва не задев их с Яной. Рядом стоящий незнакомый мужчина истошно заорал.
— Серёга, блин! Вставай! Ну, вставай же, ёлки-палки! — Коля тряс товарища за плечи.
— Кто? Чего? Коля, что случилось? — друг никак не мог проснуться.
— Просыпайся! Я сейчас, — он сорвался с места и побежал по окопу.
Серёга тёр глаза, оглядываясь по сторонам. Рассвет уже пробивался сквозь тьму, окрашивая небо в бледно-розовые тона. «Ого, мы поспать!», — подумал он.
Вернулся Коля, бледный, с пустыми глазами.
— Чего там?
— Фрицы проклятые! Не спится же им, уродам! Из пушки шарахнули, и залетело точно в окоп. Один — труп, другому ногу оторвало. Вот так вот.
— Зашибись! А мне такой сон снился, как наяву. М-м-м… — Серёга аж зажмурился от удовольствия.
— И мне. Мы с Иркой сидели в поле, а там всё в одуванчиках, и всё кругом в этой пыльце… Она меня по щеке погладила и потянулась поцеловать, и вдруг — взрыв! Земля вверх, одуванчики тоже. Очнулся, ты спишь, вот тебя растолкал.
— А мне свадьба снилась.
— Да ну? С кем? С фотомоделью? — Коля прищурился, в его глазах мелькнула усмешка.
— Дурак что ли? С Яной, конечно. Я ей кольцо на палец надевал. Красива-я-я!