Коля с Серёгой так и сидели на дне окопа, придавленные тишиной, которая звенела в ушах после недавнего обстрела.
— Да что ж это такое-то! Лупят и лупят, то артиллерия, то авиация, — Коля мотнул головой в сторону неба. — Вон, смотри, опять летят.
— Это, похоже, не к нам, — Сергей прищурился, следя за удаляющимися точками. — Видишь, далеко. — Он глубоко вздохнул. — Понеслось…
Самолеты противника пикировали вниз, выныривали, разворачивались и опять устремлялись к земле, методично обрабатывая какую-то дальнюю позицию.
— Видать, там наши ещё держатся, иначе не бомбили бы, — сказал Коля, наблюдая за шныряющими в разные стороны самолётами противника.
— Чем там держаться, Коль? — Сергей горько усмехнулся. — Нет ничего. У нас зениток одна осталась. Там расчёт уже из пехоты, свой весь выкосило.
— Если бомбят, значит, ещё есть чем. Иначе какой смысл?
Серёга лишь безнадёжно пожал плечами.
Внезапно один самолёт задымился и начал падать. Из него вылетела маленькая точка, и тут же раскрылся купол парашюта.
— Сволочь… пристрелить бы его, — Серёга вскинул винтовку, прицелился в парашютиста. — Далеко только, фиг попадёшь.
— А ты попробуй, вдруг получится?
— «Вдруг» бывает знаешь что? Далеко, говорю. Смысла нет.
— Стреляй, Серёг, может, попадёшь.
Сергей прицелился, выстрелил, перезарядился и снова пальнул в планирующую точку в небе.
— Будем считать, что попал, — пробормотал он.
— Бойцы! — раздался голос ротного. Лейтенант Горинов, пригнувшись, пробирался по окопу. — Начинаем подготовку к прорыву! Командирам взводов — через десять минут доложить по личному составу и вооружению! К одиннадцати ноль-ноль перемещаемся вон в ту посадку. Только не все скопом. По одному-двое и рассредоточиваемся по периметру.
— Товарищ лейтенант! — Серёга обратился к проходящему ротному, — а куда будем прорываться? Обратно или вперёд?
— В тыл, конечно. Вперёд дороги нет, да и назад вот-вот не будет. Что у вас с вооружением?
— Вот автоматы трофейные, и патронов немного, четыре гранаты на двоих, — Серёга продемонстрировал немецкий МП-40. — Товарищ лейтенант, а почему в посадку только к одиннадцати, а не сейчас?
— Саблин, — Горинов обернулся, и в его усталом взгляде мелькнуло раздражение. — Много ненужных вопросов задаёшь.
Серёга замолчал, пожав плечами.
— Ладно, — уже отходя, повернулся к ним ротный. — Движение назначено на двенадцать тридцать. Если мы все сейчас там соберёмся, а немец попрёт, кто позиции держать будет?
— Чего он попрёт-то? — спросил Коля. — Зачем? Нас же легче так всех положить. Вон каждый налёт кого-нибудь убивает.
— Подумают, что нас мало осталось, и придут добивать, а мы в это время в посадке гуляем. Вот смеху будет. Так что сидим тихо, держим позиции и ждём команды.
До одиннадцати утра, ещё раз потревожила авиация и побеспокоила артиллерия. Самолёты особо не усердствовали: отбомбились и умчались за горизонт.
— Взвод! — отдал команду старший сержант Сигаев, — Короткими перебежками, по одному, в посадку! Бегом, марш!
Добравшись до леса, ребята осмотрелись. Поляна оказалась переполненной: стояли солдаты, выстроились машины, нервно переступали кони, темнели стволы орудий.
— Рассредоточиться по лесу! — прозвучала команда. — Чего столпились в одном месте?
Бойцы начали нехотя расходиться вглубь, стараясь затеряться среди деревьев. Ровно в одиннадцать тридцать двинулись в путь.
С Алейниковым встретились вовремя. Всё прошло без эксцессов. Сидя на поваленных брёвнах в окружении командиров батальонов, разведки и начальников штабов, шла напряжённая работа: подбивалось вооружение, обсуждались дальнейшие действия. Долгие и жаркие споры наконец привели к единому решению.
— Подведём итог, — голос Карпова звучал сухо и решительно. — От двух полков у нас остался, по сути, один. Командование беру на себя! Так решили. Офицеров тоже катастрофически не хватает. Поэтому будем объединять батальоны, — он что-то прикинул и обратился к Алейникову: — У тебя сколько комбатов осталось?
— Ни одного, — Семён Михайлович вздохнул. — Да и офицеров мало.
— У меня двое. Симаков! Принимай пополнение. Лейтенант! — обратился он к незнакомому офицеру. — Сможешь командовать батальоном?
— Сможет, — ответил за него Алейников, — опыт у него есть, хоть и небольшой.
— Тогда лучше я своего поставлю. Он замом долго проходил, — Карпов поискал взглядом, — Бурко! Принимай третий батальон. Харин, тебе — второй. Назначить командиров рот, взводов, отделений из числа офицеров и сержантов.