СНОВА ИПАТОВО И ШКОЛА
Вот и кончилось лето, за заботами оно пролетело незаметно, через три дня в школу в шестой класс. Надо на чём-то добираться в Ипатово, думал пешком идти до Бурукшуна, а там может, на чём-нибудь доеду, из соседнего села транспорт ходит чаще. Но, к счастью, выручила сестрёнка Наташа, она пришла домой и говорит: «Сеня, завтра повезём на машине зерно в Ипатово, так что ты поедешь с нами». Хорошо, думаю, повезло мне, не надо добираться на перекладных. Машина была из нашего колхоза, шофёром был Афанасий Кошевой, отец Раи, будущей временной жены моего брата Ивана. Ехали в кузове, засыпанным зерном до самого верха, Наташа и ещё одна девушка сидели у кабины, а я посредине кузова. Пока ехали небыстро, то было всё нормально, а как выехали на шоссе, и водитель увеличил скорость машины, то её на кочках так стало качать из стороны в сторону, а зерно в такт качки начало плавать, а вместе с ним и я, того и гляди, из кузова вывалюсь за борт. Наташа увидела мои попытки удержаться в кузове и говорит: «Сеня, ты ложись на живот, а руки и ноги затолкай в зерно, и тогда тебе будет лучше». Я так и сделал и без проблем доехал до села Ипатово.
Моя учёба в шестом классе ничем особо не отличалась от учёбы в пятом классе, геометрия хорошо, география четыре и пять, а вот русский и алгебра, плохо. Особенно меня удручала алгебра, учительница была новая, молодая, толком объяснить не может, только кричит и обзывает идиотами тех, кто просил повторить заданный урок. Я не хотел в её глазах выглядеть идиотом и поэтому молчал, хотя урок и не понял, но учиться надо и я ходил в школу. А между тем, в начале учебного года у нас произошло очень неприятное событие, можно сказать, трагическое. Вот как это было.
Это было в средине ноября, у нас стояла теплая осенняя погода. Я пришёл из школы, покушал и сразу сел за уроки, надо было решить три задачки по алгебре. Сижу у окна за уроками, вдруг в окно кто-то стучит, посмотрел, Гена Ложник. Я открыл форточку и спрашиваю: «Что случилось, Гена». Он мне объясняет, что Колька, наш общий дружок, смастерил новый самопал, так что пойдём, будем испытывать. «Нет, — говорю, — Гена, не пойду мне срочно надо решить три задачки по алгебре, так что пока уроки не сделаю, никуда не пойду» — «Ладно», — сказал Гена и ушел. Я сидел за уроками до тех пор, пока Дуся меня не позвала на ужин. Брата Андрея не было, хотя на дворе было уже темно. Наверное, что-то задержало на работе. Поужинав, я снова сел за алгебру. Уже который час сижу над алгеброй и задачки никак не могу решить. Попросил Дусю помочь, но она сказала, что уже ничего не помнит и посоветовала обратиться к Наде, дочке хозяйки.
Надя, молодая незамужняя девушка, двадцати двух лет, очень весёлого нрава, она со мной при удобном случае заигрывала, своим особым способом. Как только я проходил мимо неё или она мимо меня, то обязательно щипнет меня за моё мягкое место. Ущипнёт и заразительно хохочет. Такие её действия меня как-то напрягали, я не понимал, что это за игры такие. А уже позже, через два года, мы с ней доигрались до того, что у нас получился бурный роман. Настолько роман был бурный, что хозяйка попросила брата освободить квартиру и поискать себе другую. Об этом романе я напишу в другой книге, которую я запланировал, он будет называться «Я И МОИ ЖЕНЩИНЫ». Но это будет потом, а пока я пошёл к Наде, её комната рядом. Она посмотрела на задачки и говорит: «Сеня, я всё позабыла и ничем тебе помочь не могу». Я снова засел за алгебру, сижу, корплю, в квартире тишина, Дуся вышивала и поэтому сидела тихо. Вдруг эту тишину нарушает громкий стук входной двери, и крик брата Андрея. Я сидел другой комнате и сразу не понял, что произошло. Слышу голос брата, который кричит во всё горло: «Где он?» — «Кто?»— спрашивает Дуся. — «Кто, кто, Сенька!». Когда брат на меня злится, то всегда меня называет Сенькой. «Дома, — говорит Дуся, — уроки делает».