Ночевали у этой тётки, которую он привёл в кино. Николай сразу ушёл в другую комнату, а хозяйка посадила меня за стол, поставила какого-то холодного супа и серый хлеб. Я был голодный и поэтому всю эту бурду съел. Затем она повела меня на веранду, показала, где я должен спать. На веранде стоял деревянный диван, на котором лежал матрац, набитый соломой, и накрыт тканым рядном и лежало такое же рядно которым надо укрываться. Что делать, выбора нет, я лёг на диван, не раздеваясь, конечно, одежда помнётся, это не хорошо, но и спать на такой постели раздетым, тоже приятного мало. Домотканые рядна, сделаны грубо, там много узлов, которые давят тело, да и условия их изготовления не очень аккуратные. В плетения могут попасть, всякий мусор, вроде частичек сена или соломы, и когда на него ложатся голым телом, то эти частички в тело впиваются, и делается больно. Я все это знал, и испытывать судьбу не стал и лёг спать одетым. Я уже спал, и проснулся от того, что за стенкой, за которой остался Николай с хозяйкой, слышалось не стройное пение. Да думаю, сам меня инструктировал, как я должен себя вести, чтобы не уронить честь столицы района, а сам что делает. Пение и шараханье за стенкой продолжалось ещё долго, наконец всё затихло, и тогда я уснул.
Утром, Николай был, я бы сказал не очень, рожа красная, наверное, с похмелья, и ещё от него несло перегаром. Я снова поел той же бурды, пока хозяйки не было положил себе в карман пиджака два кусочка хлеба, так, на всякий пожарный, и пошёл в клуб собирать оборудование, Николай сказал, что за транспортом он сам пойдёт. Вскоре подошла машина, мы погрузились и уехали в село Дивное, это следующий населённый пункт в котором мы должны показывать кино. Село Дивное большое и там кино надо показывать два дня подряд. Первый день крутили кино вдвоём, ночевать пошли к какой-то тётке лет тридцати, там меня кормили лапшой и, наверное, с маслом, ночевал примерно в таких же условиях как в прошлую ночь. Утром, на второй день, Николай сказал, что он сегодня уедет в село Ипатово по делам, так что ты показывай кино один, а завтра придёт машина и перевезёт тебя в село Дербетовка.
Если честно, то я даже такому решению обрадовался, зная, что теперь я голодным не буду. Сеанс прошёл в нормальном режиме, после кино, когда почти все разошлись, зале осталась женщина, у которой мы вчера ночевали, и парень с девушкой сидели и шушукались. Зачем осталась женщина, я не знал, ведь Николая сегодня нет, а та парочка или никуда не торопится, или им некуда идти. Ну, думаю, если некуда идти, то пусть здесь ночуют и мне будет веселей. Я откручиваю винты, которые держат киноаппарат на штативе, а сам тайком посматриваю на эту женщину, и думаю, чего она ждёт. На ту молодую парочку я и внимания не стал обращать, зачем они остались, мне было ясно, я так думал. А женщина смотрела, смотрела на меня, а затем встала с лавки, и идёт ко мне, смотрю, молодая парочка на меня тоже обратила свои взоры. Женщина ко мне подошла и говорит: «Сеня, ты сегодня пойдёшь ко мне ночевать?» — «Нет, — говорю, — сегодня я к вам не пойду, мне достаточно, вчерашней ночёвки» — «Ты, Сеня, извини, но это Николай так распорядился, я хотела тебя положить спать на кровать, а он решил вот так» — «Мне не важно, кто что решил, мне важно как я ночь провел. И вы, пожалуйста, не стойте и не теряйте время, как я сказал, значит так и будет, я своих решений не меняю. Вы не смотрите на то, что я молодой, но у меня есть свои принципы и я им не изменяю». Она молча постояла ещё немного, затем повернулась, и медленным шагом пошла к выходу. Пока мы с этой женщиной разговаривали, молодёжь сидела, во все глаза смотрела на нас и во все уши слушала. Женщина старалась говорить тихо чтобы нас не слышала эта сладкая парочка, но сделать ей это было сложно, так как парочка сидели в трёх метрах от нас.