Так вот, благодаря моей хуторской деятельности я на ступеньку, а может и на две был выше всех остальных парней, и поэтому многие девушки были не прочь со мной проводить время. Встречался я и с Таней Фоменко, Таней Шостак, Галей Стаценко, а больше всего я встречался с Галей Колпак. Не в обиду другим девушкам хутора я скажу, что те девчонки, с которыми я встречался, были симпатичные, и мне они очень нравились. С Таней Фоменко, я, встречался недолго, и причиной нашего расставания был не я. Она решила, что я ей не пара, но какое же было моё удивление, когда во время, службы в армии я получаю от неё письмо и в нём признание в любви и фотокарточка. На фотке была Танина симпатичная мордашка, на голове соломенная шляпа с вуалью, ну артистка, ни дать, ни взять. Я решил товарищам сказать, что на фото моя невеста, и она артистка театра и кино. Я думал, что это поднимет статус моей невесты, а заодно и мой. Для того чтобы все солдаты казармы видели мою артистку, я кнопками приколол фотокарточку на стену над своей тумбочкой.
Сразу стали подходить парни разглядывать мою невесту Таню, хвалили её, а за одно и меня, в тот момент я как бы оказался в ореоле славы. Но длилось это недолго, вскоре подошёл посмотреть на мою артистку этот, будь он не ладен, Захаров, посмотрел на фотку, почмокал губами, а потом у меня спрашивает: «Сеня, а что она у тебя пчеловодом работает?» Моему возмущению не было предела, я закричал на него, схватил подушку и запустил ему в спину, когда он убегал. После слов Захарова больше мою невесту никто не называл артисткой, а все её звали пасечницей. Вот такой зловредный мой друг Володя Захаров. Куда потом девалась Танина фотография, я не знаю. Помню только, что я её со стены снял и положил в тумбочку от греха подальше, а куда она после этого девалась, я не знаю. Возможно, затерялась при моих многочисленных переездах из части в часть, а может, кто-нибудь из курсантов училища, украл, что бы в другой части покупаться в лучах славы. Может быть такое? Я думаю вполне. А хуторская девушка Таня и не знала, каким успехом она пользовалась в нашей солдатской среде. Возможно, теперь узнает, если прочитает мою книгу.
Но это будет потом, а пока я в хуторе Северном встречаюсь с девушками. Сразу скажу что, с теми девушками, с кем я встречался, серьёзных отношений у меня, не было, так, обнималки, целовалки и всё. Разумеется, такой мой успех среди девушек, местных парней раздражал, и на этой почве у меня с ними происходили незначительные конфликты. Расскажу о двух из них.
Я встречался с Галей Колпак, встречаемся неделю-другую, всё шло нормально, мама Гали даже приглашала нас в хату, чтобы мы по углам не тёрлись. Но, когда она от меня узнала, что после армии, я в хутор не вернусь, то домой приглашать не стала, зачем ей такой не перспективный ухажёр дочери. Но Галя все равно со мной продолжала встречаться. Как-то поздно вечером стоим мы с ней у её дома, вдруг к нам подходят Николай Стаценко, он был старше меня, и Гаврила Мазепа, он был моим одногодком. Оба, какие-то взвинченные, Гаврила то и дело ко мне чуть ли ни с кулаками подскакивает, видно было, что они пришли со мною за Галю подраться. Я спокойно смотрю на эту комедию, которую демонстрировал мне Гаврила и говорю Николаю: «Это что за представление, если Гаврила хочет со мной за Галю подраться, то давайте отойдем за хату и пустим кулаки в ход, кто победит того и будет Галя. Затем обращаясь уже к Гавриле, спрашиваю его, ты этого хочешь?» Николай видит, что напряжение достигло апогея, и мою решимость пустить кулаки в ход, говорит, мне: «Сеня, пойдём поговорить надо». Отошли. Николай мне и говорит: «Сеня, понимаешь, как-то не хорошо, получается, Гаврил с Галей дружил, а ты приехал и всё им поломал, надо как-то это уладить.