Подумал, дальше надо гнать без остановки, чтобы хоть к вечеру догнать колонну, но все же остановиться пришлось, у машины бензин был на исходе, а у дороги стоял полковой бензовоз, вот мы возле него и остановились. Шофёр с путёвкой подошёл к заправщику, а Сергей, повар со своими помощниками, взяли топор и пилу, и побежали к ближнему лесу. Я подошёл к заправщику и спросил его о колонне танков, он мне сказал, что точно не знает, но когда заправлялись легковые машины, то слышал разговор начальства, что к вечеру будут на месте, но где на месте, шофёр бензовоза не знает. Пока он говорил, я рассматривал заправщика, вид у него был не очень военный, и спросил его: «Товарищ солдат, а почему у вас такой затрапезный вид?» — «Если бы Вы, товарищ старшина, больше суток не ели, да ещё и не спали, то у Вас, тоже был бы такой вид». Затем заправщик немного помолчал и спрашивает меня: «Товарищ старшина, может у вас найдётся хотя бы сухарик, а то наш старшина, куда-то пропал, и когда он появится не известно».
Я, молча поднялся в кузов машины, из мешка взял сухой паёк в комплекте, плотно закрытый в бумажном пакете, спрыгнул на землю и вручил его заправщику. Парень от неожиданности лишился дара речи, затем выговорил: «Целый сухой паёк, так Вашим солдатам кому-то не хватит, может разделить его напополам?» — «Не волнуйся, всем хватит, ешь, я не понаслышке знаю, что такое голод, так что ешь», — сказал я ему. А затем добавил: «И всё — таки ты приведи себя в порядок не гоже советскому солдату так выглядеть». Водитель заправщика положил пакет в кабину и стал приводить свою форму в порядок.
В это время повар вместе со своими помощниками принесли сырые берёзовые дрова, и повар тут же их стал заталкивать в печь. Я подумал, зачем он это делает, ведь есть же сухие дрова, но так и ничего не придумав, спросил его: «Сергей, зачем ты это делаешь, ведь есть же сухие дрова» — «В том то и дело что сухие дрова горят слишком жарко, так скоро наш котёл взорвётся, а сырые будут тлеть, и от них жар будет, но не сильный, и так мы свой котел спасём» — «Ну ладно, — говорю ему, — делай, как знаешь, ты специалист, тебе и карты в руки».
Свою роту мы догнали только концу дня, уже загорелась вечерняя заря когда мы на машине заехали на площадку, где справа и слева стояли танки нашего батальона. Догнали бы мы, может и быстрее, но нам не давали хода польские машины марки «СТАР», они перед нами в три-четыре машины занимали всю проезжую часть дороги, и двигались с черепашьей скоростью, минут десять, а то и двадцать. А когда такая езда им надоедала, они прибавляли скорость и на наших глазах удалялись с бешеной скоростью. Я не знаю, зачем они это делали, может, чтобы помешать, нам тушить пожар восстания в Варшаве, а может просто поиздеваться над нами-тихоходами. Но, что они это делали специально, было видно не вооружённым взглядом.
Чтобы закончить тему о машинах «Стар», расскажу один из эпизодов, который поведал мне механик-водитель нашей роты Клопатюк. Вы его знаете, я о нём уже писал. Так вот, что он рассказал мне.
Оказывается, эти польские машины не только тормозили меня с кухней, они тормозили и наши танки, точно таким же методом, как и нашу машину. Никола рассказывал, что он терпел, терпел их выходки, затем попросил наводчика опустить пушку до конца вниз, догонял машину «Стар», запускал дуло пушки параллельно кузова машины, и как только ствол достигал середины кузова, дёргал правый рычаг танка, и дулом сбрасывал зад польской машины на обочину. Делал он это раза три или четыре, были случаи, что машины переворачивались, и за это ему ничего не было, как известно, война всё списала, даже гибель человека, которого Клопатюк задавил танком. Но об этом позже, а пока я со своими помощниками в расположении батальона и, в частности, своей роты.