Я дёргаю за штаны Ивана Котова и прошу его, чтобы он меня забросил в клуб через окно. Он внял моей просьбе, отодвинул от окна ребят и говорит: «Давайте, хлопцы, забросим Сеню в клуб через окно, ему очень хочется на артисток посмотреть». Парни берут меня за руки и ноги, кладут животом на подоконник, а затем за ноги переворачивают, и я оказался внутри помещения. Я полетел кубарем и в прямом смысле свалился кому-то на голову. Поднялся шум, крик, типа откуда это чертёнок взялся. Но я уже стою на ногах и исчезаю с места происшествия так же быстро как я там и появился. Я уселся на пол среди пацанов, которые сюда пробрались, наверное, таким же способом, как и я. Осмотрелся вокруг, народу полный зал. Мы, ребятишки, сидели на полу, средние ряды сидели на скамейках, а зрители, которые находились на задних рядах, стояли. Сегодня внутри был освещено хорошо, на стенах весели четыре керосиновые лампы со стеклом, и в клубе было очень светло. Я думаю, что организаторы это сделали специально для того, чтобы мы, хуторяне, лучше рассмотрели настоящих артистов.
На моей жизни, Ипатовские артисты приезжают впервые. Я лично с трудом пробрался в клуб не для того, чтобы посмотреть, что будут показывать артисты, все рано я в этом ничего не пойму, а мне очень хотелось посмотреть на городских тётей, говорили, что они очень красивые. Наконец началось представление и почему-то на сцену вышли не женщины, а мужчина, я сразу расстроился, думаю, пришёл посмотреть красивых женщин, а вышел мужчина. Правда он был недолго, что то-сказал и ушёл за кулисы, а после него вышли две красивые молодые женщины или девушки. Лица у них были красивые, волосы, аккуратно зачёсанные, губы красные, и, главное, обе были кудрявые. Но больше всего мне понравилось, что у них были короткие юбки по колено, и туфли на каблуке. Они так грациозно двигались по сцене, что просто загляденье. Эти две артистки бегали, что-то говорили и немного пели, затем они ушли и снова вышел дядька. Мне это сразу не понравилось, и я решил уйти на улицу и там с ребятами побегать вокруг клуба. Вот я всё пишу «клуб», да «клуб», вы, наверное, подумали, что это такое большое здание из кирпича, с большими окнами и неоновой вывеской «КЛУБ». Нет, у нас ничего такого не было, наш клуб — это такая же хата, как и все остальные, только немного больше и на ней не было трубы, потому что там не было печки. Ну и, разумеется, внутри была начинка, которая соответствовала клубу, ну там сцена, площадка для танцев и деревянные скамейки для зрителей. Вот так, всё было просто, дёшево и сердито. Лично я тогда других клубов и не видел, поэтому наш клуб, для меня был серьёзным сооружением.
А в этот вечер я, как только выбрался из клубной толпы, решил пойти домой. Ну а что там больше делать, зачем я на концерт приходил я всё увидел, а теперь можно и отдыхать. На другой день я проснулся и ещё в постели вспомнил артисток и думаю, интересно, что они сейчас делают?
Что они делают, я даже предположить не мог, я же не артист и с артистами ни когда не жил, поэтому был в затруднении. Затем я подумал, а что это я гадаю, пойду сейчас к Кошевому двору, где они ночуют и подсмотрю. Я соскочил с полатей и побежал к Кошевым. Бегу, а сам думаю, лучше всего надо за артистками подсматривать из школьного двора, там ограда невысокая и поэтому всё хорошо будет видно. Прибегаю туда, а там уже человек шесть, таких же любителей как я, выслеживают артисток. Я к ним пристроился и во все глаза смотрю на дверь, из которой они должны выйти. Рядом со мной пристроился Кошевой Павел, сразу вводя меня в курс дела, он говорит: «Сеня, артистки ещё не вставали, я за их дверью подслушивал, так там было тихо, но все равно они же встанут и выйдут на улицу, и мы их увидим». Как мне показалось, мы их ждали долго, и вот на порожке появились три девушки, но они, почему-то, были не такие красивые, как вчера в клубе. Волосы у них всколочены, губы не красные, как были вчера, а одеты они были в какие-то платья, которые спереди застёгивались. Но главное не это было, а то, какая была реакция артисток, когда они увидели нас.