Трубку он не берёт. Я перезваниваю ещё раз.
Снова тишина.
Откинув голову на спинку сиденья, я прикрываю глаза, стараясь успокоиться и уговорить себя не совершать глупостей.
Потом я подумаю, что если бы в течение следующих десяти минут Марс мне перезвонил, я бы не попросила таксиста направить машину к клубу. Потом я подумаю, что была бы дома, в тепле, и всё было бы хорошо.
Я подумаю об этом тогда, когда будет слишком поздно.
А сейчас… сейчас мы сворачивем в сторону клуба, где должен находиться Марс. Дождь за окнами автомобиля набирает обороты.
И почему-то в груди формируется плохое предчувствие. Очень плохое. Внутренний голос шепчет, что не надо туда ехать.
Потом я подумаю, что стоило к нему прислушаться.
А сейчас такси тормозит у здания клуба. Я выхожу из сухого салона под стену дождя. Буквально бегу к зданию. Мне приходится купить браслет, чтобы пройти.
Я просто дура. Идиотка.
Ну что мне, заняться что ли нечем?
Дрожа как осиновый лист, я захожу внутрь, ощущая по своему телу вибрации музыки.
Господи, да я даже не знаю, где он… Тут куча людей… Как я его здесь найду?
Вызвав воспоминания о том единственном разе, когда я была в этом клубе, я иду к лестнице на второй этаж, где расположены вип-зоны. Туда мы поднимались тогда. Оттуда я убегала, сдерживая рвотные позывы…
Надеюсь, в этот раз убегать не придётся.
А что я ему скажу? Что тут делаю?
И как он отреагирует? Подумает, что я ненормальная..
Сердце грохочет как бешеное, когда я, наконец, оказываюсь наверху. Сегодня очень много людей, и мне не сразу удаётся разглядеть Марса в этой густой толпе. Но вот я вижу его.
Вокруг какие-то женщины. Стриптизерши? Эскротницы? Много мужчин. И какая-то суета. Женщины смеются. У некоторых из них обнажена грудь.
Мужчины наоборот сидят с хмурым видом. Марс… На его лице непонятная тень. Он кажется мне непривычно мрачным.
Боже, я просто полная дура… Зачем я сюда притащилась? У нас всё хорошо. Всё хорошо.
Мы не так долго вместе. Все изменения требуют времени.
Прикрыв глаза и шумно выдохнув, я резко разворачиваюсь на пятках и бегу обратно вниз, пока меня не заметили.
Какой позор. От ревности бежать проверять мужчину.
Но тревоги было так много, что сейчас у меня аж слезы текут по щекам.
Выбежав из здания, я снова попадаю под дождь.
Придётся опять вызывать такси.
Глупая. Мнительная. Ревнивая. Вот какая я.
— Настя, верно?
Неожиданно передо мной останавливается автомобиль, пока я ковыряюсь в сумке в поисках телефона. Стекло с водительской стороны опускается.
Начальник нашей службы безопасности одаривает меня приветственной улыбкой. Я сначала даже не поняла, что это он, из-за дурацкой кепки на его голове.
Ну надо же. Он улыбаться умеет. Обычно у него такое выражение лица, словно ему кирпичом по морде заехали.
— Добрый вечер, — киваю я.
— Ты домой? Подбросить? А то ливень жуткий.
Конечно, вряд ли наше начальство обычно проявляет столько вежливости и благородства к нижестоящему персоналу. Думаю, всё дело в том, что недавно он наткнулся на нас с Марсом в лифте. И понял, что между нами происходит. Они вроде как друзья с Багримовым.
— Я была бы благодарна, — стараюсь перекричать дождь.
— Запрыгивай!
Позже я подумаю, что не стоило этого делать. Что всё могло бы сложиться иначе. Позже я пожалею о многом.
Глава 65
Асти
Едкий запах обжигает лёгкие. Он настолько противный и желчный, что хочется вообще перестать дышать, и если бы я не нуждалась в кислороде, то, наверное, так бы и сделала.
Что происходит? Почему эта металлическая мерзость стоит у меня в носу? И почему я не могу открыть глаза?
— Знаешь, не думал, что мне так повезёт, — знакомый голос раздаётся где-то рядом.
Я пытаюсь повернуть голову, но не выходит. Меня словно чем-то придавило и сковало.
И веки распахнуть так и не получается.
— Всё, на что я мог надеяться, это месть через разрушение рабочей репутации, крах его компании. Но вот же удача! У него, наконец, появилась баба! Да и хорошенькая какая. Приятно будет тебя поиметь.
Страх.
Нет.
Ужас.
Говорят, что в стрессовой ситуации мозг блокирует чувства, чтобы человек не сошёл с ума — это защитная реакция. Но это не мой случай. Мой мозг ничего не блокирует. Тело мигом наполняется паническим ужасом, как только до меня начинает доходить, что происходит.