«Игнат, это Анатолий Меркулов. Я подумал над вашим предложением».
«И?»
«Я согласен».
«Хорошо, но давай еще раз проясним, на что именно ты соглашаешься».
«Я согласен бросить Аню взамен на новую тачку. Любую из салона, как вы и предложили».
«Отлично».
«Когда я смогу ее получить?»
«Давай не будем тянуть кота за хвост. Я прямо сейчас заеду за тобой, и мы поедем, и выберем тебе подарок. После я оформлю покупку, и уже к вечеру все будет стоять под твоими окнами. Идет?»
«Да, я готов».
— Над каким предложением он должен был подумать, Игнат? — прохрипела я вопрос.
— Не буду врать и юлить, Анюта. Вчера Меркулов выцепил меня у твоего подъезда, давай наезжать, просить больше к тебе не соваться, мол, ты его будущая жена, а я отсвечиваю в вашей жизни безмятежной так некстати. Я, естественно, был против. Едва не началась драка даже, знаешь ли. А потом я предложил твоему мальчику за тебя откупные — все, что он только попросит. Думал, он откажется, раз такая любовь...
— А он...?
— Сначала начал корчить из себя обиженку, но потом, когда понял, что может получить за тебя тачку, то взял время на подумать. Итог ты видишь.
— Зачем ты так? — прохрипела я, чувствуя, как из глаз все-таки скатилась жгучая слезинка.
— А что мне надо было сделать, Аня? Оставить тебя в покое и дать выйти замуж за этого слизня, что чуть не изнасиловал тебя в темном чулане?
— Нет, но...
— Видео показать, какую машинку твой Толя за тебя попросил?
— Покажи, — просипела я, потом минут пятнадцать смотрела, как Меркулов с горящими глазами бегает по салону автомобилей, присаживается, то в один, то в другой салон, рулем крутит и алчно улыбается, радостный, что на него свалилось такое счастье.
Бессовестный!
— Понятно, — выдохнула я, до крови кусая губы.
— Ань...
— Отвези меня домой, Игнат, — устало потирая виски, все же выдала я.
— Но...
— Отвези! — жестко затребовала я, понимая, во что только что превратилась.
В живой товар. Один купил, второй продал.
Дура! Думала, мы друзья. Перешли на «ты» и в контакте больше не было официального «Игнат Григорьевич». Зря я так поспешно его к себе подпустила...
А когда ноги наконец-то перешагнули порог квартиры, и машина Лисса покинула наш двор, то снова вышла из дома и целенаправленно двинула к Меркулову. Дрожащей, подстреленной птицей взлетела по пролетам на нужный этаж и застучала в дверь, а когда парень открыл мне, то я все поняла с первого взгляда.
Он был рад, что избавился от меня путем выгодного обмена.
— У меня только один вопрос, Толь: как ты мог?
— А ты? — нагло осклабился Меркулов. — Думаешь, я дурак и ничего не понимаю, что происходит? И ты типа вся такая невинная овца, глазками хлопаешь и не догоняешь, кто и что от тебя добивается, да? Но, держу пари, ты уже через неделю будешь перед этим хером столичным ноги раздвигать — вот и весь затык нашей мыльной оперы, Анюта. Тебя просто купят со всеми потрохами.
Бах!
Это моя ладонь со свистом вписалась в щеку бывшего парня, а я отступила и покачала головой, не веря в то, что слышу. В то, что тот самый Толя, с которым мы хотели пожениться, думает, что я какая-то продажная дрянь.
— Что, правда глаза колет, Анютка? Или ты уже успела отблагодарить своего благодетеля за щедрость, м-м?
— Что это, Толя? — горько прошептала я.
— Зависть, — рассмеялся Меркулов, — у меня ведь пизды волшебной нет, в отличие от некоторых.
Я от такой грубости не знала, что сказать. А парень только отдал мне под козырек издевательски, крутанулся на месте и хлопнул перед моим носом дверью. Я же осталась стоять, обтекая от его жестоких слов, полных тотального пренебрежения.
А потом побрела домой, ругая себя почем зря за дурость вот эту несусветную. Зачем я к этому предателю вообще пошла? Что от него услышать хотела? Или что, надеялась, что Толя извинится и пожалеет о содеянном?
Нет, все же права была мама — всем мужикам только одно и нужно от женщины, а когда она надоест или скажет, что здесь точно не обломится, то сразу задняя включается. И уже не до чести и деликатности.