— Знаешь что? Ты просто конченная эгоистка, милая моя Аня. Ты считаешь, что люди рабы твоих желаний. И только угождать тебе обязаны, без права на ошибки. Так? Но позволь тебе открыть один большой секрет: мир не делится на черное и белое! В нем есть еще серое!
— Ах, вот как ты обо мне думаешь? — зашлась я возмущением, но тут же сдулась, потому что Игнат с шумом вышел из-за стола, а затем и посмотрел на меня пренебрежительно. И устало.
— Собирай вещи. Я пока закажу самолет. Мы отправляемся домой.
— Но..., — не понимая, что именно хочу сказать, потянула я.
— С меня хватит. Я устал. Будем жить дальше, только на этот раз каждый свою жизнь.
Он развернулся и ушел. А я...
А я вдруг поняла, что наконец-то случилось то, чего я так сильно хотела — мы с Игнатом расстаемся. Навсегда! Больше не будет нас. Будет только он и я, но по отдельности. Я утомила его своими обидами, надутыми губами и бесконечными слезами.
Но как простить?
Как понять?
Господи!
И вдруг совершенно неожиданно по затылку огрело пониманием: я не хочу, чтобы муж бросил меня. Да, мне невыносимо обидно было находиться с ним рядом, но я не желала, чтобы он прекращал искупать свою вину! Я жаждала продолжать наши обоюдные мучения! Мне необходимо было компенсировать свои печали его страданиями!
И только потом я смогла бы себе позволить что-то окончательно решать.
А пока...
С ним тяжело! Но без него еще хуже!
Потому что, несмотря ни на что, я все еще его любила. Навынос! Всеми фибрами своей души. За то, что он был рядом в самые трудные минуты моей жизни. Вытаскивал за волосы из грязи, отряхивал, отмывал и давал шанс на светлое будущее. За то, что такой красивый. И умный! Очень умный! Высокий и статный. Совершенный, как бог!
Он – мой кислород!
Но он изменил мне! А ведь такое не прощается! Мама мне говорила, что если мужчина пошел налево один раз, то будет ходить туда снова и снова. Пока не уйдет окончательно...
О боже, нет!
И поток слез все-таки прорвал плотину. Обрушился меня. И задушил своей силой. В моменте заболело все: не только душа, но и каждая клеточка тела. Завыло тревожной сиреной сердце. Легкие застопорились, от боли и шока, отказываясь качать воздух.
Выматывая меня за секунду!
И я зашлась в истерике.
Закрыла ладошками лицо и горько расплакалась, осознавая, что мне страшно! До ужаса и икоты боязно остаться одной. Без Игната!
Я ведь сойду с ума...
Я не могу без него. Уже не умею!
— Детка, не плачь, — неожиданно крепко обняли меня сильные руки, прижимая к груди, что так знакомо пахла счастьем. Укутали в тепло, в призрачное спокойствие, которое будто бы нашептывало, что все будет хорошо.
А будет ли?
— Не могу, — ревела я.
— И я больше не могу. Не получается у нас ничего. Я облажался. А ты правильно делаешь, что не прощаешь меня. Не надо. Я — мудак. Ты найдешь себе другого парня. Хорошего, правильного.
— Я не хочу другого, — не ведая, что именно несу, выговаривала я.
— Но ты и меня не хочешь, Анюта.
— Хочу!
Но только того, другого Игната, которого я знала до дня нашей свадьбы. А не вот этого лживого и циничного, что выкручивал мне руки, заставляя делать выбор между гордостью и любовью. Между ним и одиночеством.
— Если бы хотела, то ты нашла в себе силы дать мне еще один шанс, милая.
— Но я...
— Я люблю тебя, Аня. Люблю! Но мне не по силам смотреть, как ты рядом со мной страдаешь.
— Но я тоже тебя люблю, Игнат, — цеплялась я за его рубашку и лопотала я хрипло. — Просто ты так меня обидел! Сделал так больно! Убил...
— Я могу все исправить. Но только моего желания мало, Аня. Ты должна тоже этого захотеть...
Я больше ничего ему не ответила. Я оплакивала свое персональное несчастье до тех пор, пока слезы не иссякли. На их место пришли только рваные, судорожные всхлипы и нервная дрожь, что сотрясала меня с головы до ног. Живот одна за одной прошивали болезненные судороги, которые расходились колючим электричеством по венам.