— Зачем? Вы уже все и так подслушали. — Равнодушно дала ответ сестра.
— Вы есть будете? — Спросила не оборачиваясь.
— Мне кажется, нам надо поговорить, втроем. — Выразительно упрямо высказался Говерла.
— А мне так не кажется. — Ответили мы хором с сестрой, после чего я энергично занялась чисткой картошки.
Руки дрожали, голова раскалывалась, мысли были в полной каше. Я не знала, что делать дальше, не знала, что должна сейчас чувствовать. Достала нож из шкафа, при этом мои руки так сильно дрожали, что у меня это получилось только с третьей попытки.
— Я почищу. — Услышала над самым ухом, горячее дыхание пощекотало шею.
Теплая мужская ладонь отобрала нож, при этом задержавшись на пальцах чуть дольше, чем нужно. Кай отодвинул глубокую тарелку с картошкой и тут же начал чистить. По спине прошлись мурашки от осознания, что рядом с ним мне стало легче. Думать совсем не хотелось. Это все запах, этот чертов запах! С вредности я могла бы забрать нож обратно, но руки слишком болели, ожег на правой руке, несколько внушительных порезов, все это отбило желание перечить.
Принялась нарезать овощи, разогревать мясо. Кристина не любила готовить, так что и здесь в основном готовила только я. При чем, мне впервые кто-то помогал, кроме папы, который всегда чистил рыбу или картошку, если я его просила. По привычке нажала кнопку на радио приемнике, пока ждала, чтоб микроволновое излучение разморозило мясо. Из небольшой колонки заиграла музыка и я, вынув мясо, направилась к свободной кухонной тумбе, тихо подпевая.
Мясо оттаяло плохо, так что, все еще подпевая, почти силой резала его на кубики.
— Давай я. — Услышала снова над ухом слова альфы, его руки скользнули над моими, но не забрали у меня нож. Пальцы ухватили мою руку с ножом сверху, пока вторая накрыла ладонь, удерживающую разделочную доску.
От того что он стоит надомной, прислоняясь к спине почти всем телом, по коже прошли предательские мурашки. Пульс забился в висках, пока волк надавил на руку легко разрезая замёрзшее мясо. Зачем он это делает? На него это совсем не похоже. Зачем? Голова шла кругом, от его ровного горячего дыхания над ухом.
— Квадрат тут явно не получится. — Со странной интонацией произнесла Кристина, мне даже показалось, что слышу в этом голосе некую зависть.
— Отойди от нее. — Сказал Говерла, и я вздрогнула.
Кай не отреагировал ни на одну фразу, молча дорезал мясо и отпустил меня, вернувшись к картошке. Долгие мгновения после этого я просто стояла, пытаясь ровно дышать.
Это все запах, это все запах… Шумно воздохнула, бросила взгляд на альфу и встретилась с ним взглядом. Что ты творишь со мной? Зачем? Зачем ты так мил со мной? Лучше бы обзывался, честное слово! Я так хотела спросить его об этом, но не при свидетелях, потому отвлеклась на готовку.
Масло разогрелось, вбросила приправленное мясо. Кай поставил справа от меня тарелку с почищенной картошкой, при этом становясь снова за моей спиной. Да что он творит?! На щеках горел такой румянец, когда он спросил:
— Еще с чем-то помочь?
Меня хватило только на то что бы помотать головой, и я почти почувствовала, как довольно ухмыльнулся над ухом альфа-козел, а следующее мгновение кончик его языка прошелся по моему уху, заставив испуганно вздрогнуть.
ДА ЧТО ОН ТВОРИТ?!
Резко выдохнула, пытаясь не выдать своего плачевного состояния и обернулась что бы увидеть, как парень садится рядом с Юрой.
— Ты понял меня слишком буквально. — Прорычал зло Говерла и принялся и дальше сверлить взглядом спокойную сестрицу. Та даже халат не застегнула, так что не было понятно на нее он смотрит или на ее декольте.
— Кристина, сделай чаю. — Сказала я ей, обернувшись к плите.
— Я сделаю! — Здесь же больно радостно ответил альфа-козел и я сорвалась. Перспектива, что он мне еще что-то оближет, так не порадовала меня, что я не сдержалась и бросила ложку с размаху в раскаленное масло. Меня конечно тут же обкатило горячим маслом, и я зашипела от боли.
— Ты что творишь, дура? — Услышала резкий крик Кая, меня резко крутанули вокруг своей оси, заставляя показать обожжённые покрасневшие руки.
Несколько капель и на лицо попало, но в целом могло быть и хуже. Его перекосило от злости, но мне плевать, я невольно улыбаюсь. Уж лучше пусть обзывается! Реально лучше! А то с ним таким добреньким, я уже сама себя непроизвольно калечить начинаю.
— Ты масло себе еще на голову вылей, авось мозгов прибавится. — Причитал он и моя улыбка скисла.
Мне как-то раскаленное масло на голову выливали, те еще ощущения. Тогда мама сильно болела и однажды ночью я проснулась от адской боли. Мама мне масло на голову вылила, не раскалённое конечно, но только густая шевелюра спасла меня от серьезных ожогов. Голова заживала очень долго, с того времени у меня под волосами остались впечатляющие рубцы. Зачем она это сделала? Не знаю. Мама говорила, что так снимала с меня чужие чары. Это еще один ее больной бред, но я сильно на маму не злилась, жива же осталась, да и больше подобного не повторялось. Вырвала руки с клешней волка и мягко оттолкнула его от себя, все он делает напоказ.
Подставила руки под холодную воду, умылась.
— Хочешь, я боль уберу? — Подал голос Юра, как оказалось все уже встали и стояли у меня за спиной кучкой.
— Я тебе уберу… — Пригрозил ему альфа-козел.
— Ну, давайте тогда я ее полижу, что ли. — Встряла Кристина, насмехаясь, и я не выдержала.
— НИКТО МЕНЯ ЛИЗАТЬ НЕ БУДЕТ! — Заорала я на них и приказала тише, — Сели все, сейчас всё будет готово.
Глава 37. Что ты творишь со мной?! (ред.)
Глава 37. Что ты творишь со мной?!
Мой тон подействовал, и они уселись обратно за стол, только улыбка альфы бесила до невозможности. Обернулась к плите, пытаясь не обращать внимание, как жгутся ожоги. Нервно резала картошку, не обращая внимание на боль. Хорошо, что я музыку включила, а то эта давящая атмосфера гнетет.
— А вы надолго к нам в гости? — Совершенно невежливо поинтересовалась Кристина, когда тишина затянулась.
— Пока мы не поговорим, я никуда не пойду. — Ледяным тоном отозвался Юрка.
Как все запущенно, однако, а я так надеялась поесть и лечь спокойно спать. Только отцу надо будет позвонить.
— Мне казалось, у стай есть своя территория, какую нарушать нельзя. — С тонким таким намеком проговорила. Не то что бы я хотела выпроводить Говерлу, но дело в том, как он смотрит на сестру все время.
— Есть, но Ю-ра теперь свободный волк. — Издевательски испоганил имя парня альфа-козел.
— Что это значит? — Рассеянно спросила даже не оборачиваясь, пока засыпала картошку в сковородку.
— Я ушел из стаи. — Высказался Юрка, и моя челюсть упала. Обернулась, во все глаза смотря на слегка погрустневшего парня.
— С чего это вдруг? — Этот вопрос вырвался сам по себе, он прозвучал резко, но мне как-то было не по себе.
— Хочу сменить стаю. — Ответил он, смотря только на меня немигающим взглядом. Серые глаза гипнотизировали, заставляя болезненно кровоточить раны на сердце. Лучше бы продолжал смотреть на грудь Кристины дальше, чем вдруг обо мне вспомнил.
— А что это так легко сделать? — Язвительно вставила волчица, наверное, чтобы он снова посмотрел на нее. Но серые глаза бурили дыру во мне и это почему-то не нравилось.
— Нет, для этого нужно бросить вызов альфе. — Спокойно ответил он.
— И победить? — Слащаво спросила сестрица, явно над ним издевалась.
— Нет, достаточно избавится от силы прямого приказа. Если он не может тобой командовать, значит, он не твой альфа. — Все-таки обернулся к ней парень.
— И что теперь? Ты к нему в стаю пойдешь? — Поинтересовалась сестрица, сложив ножку на ножку.
— Сомнительное счастье. — Хмыкнул Кай, и я в который раз удивилась его поведением. Это что с ним такое случилось? Мало того, что он меня от волков отбил, так еще вот «это».
— Пока я просто в гости к другу приехал и все. — Улыбнулся Говерла, смотря на Кая, тот недовольно отвернулся и встретился взглядом со мной.