— А тебе туда зачем?
— Так мы же доказательство нашли, надо отдать. Может волка этого найдут. — Ответила ей, удивленно подняв золотой кулон с пола.
— Зачем?
— Как зачем? Убийцу найти же надо! — Сколько мы с ней выпили, что извилины так плохо работают?
— А причем тут волк?
— Как причем? Это же он ее убил! Потом чуть меня не прибил, ты чем слушала вообще? — Разозлилась, вставая с дивана.
— Так я слушала, слушала. Только он никого не убивал. — Закивала сестра.
— Почему? С чего ты взяла?
— Так зачем волку в клеенку ее было упаковывать? Так что ли не затащил бы? Да и к тому же этот волк я, а мне убивать всяких незнакомых девиц нет никакого резона, не то что знакомых парней… — Деловито заговорила сестрица, держась за стенку медленно продвигаясь к коридору.
— Что?
— Говорю это не волк, а волчица была. Я, это была, я. — Пожала плечом сестра, как будто это какая-то мелочь и резко развернулась.
— Но… зачем? — В глазах выступили слезы и я, слегка не понимая, что вообще происходит, уставилась на сестру.
— Ну, кто же знал, что ты такая хрупкая? Я, когда в волчицу превращаюсь, слегка себя не контролирую. Мне поиграть захотелось, а тут ты! Да еще так забавно убегаешь! Я труп вообще не видела, представляешь! Ты побежала, я за тобой, а дальше плохо помню, что было. Проснулась в лесу ночью, голая! Ужас! Пока домой добралась, а ты только под утро заявилась, пришлось делать вид, что спала. А днем мне Олег скандал закатил, мол я шлялась ночью непонятно где и непонятно с кем, вот и пришлось бросить его, из-за тебя.
Она замолчала, после того как рассказала все это будничным тоном, как будто это пустяк какой был. Да я в жизни подобного ужаса не испытывалась! Еле осталась жива, а она… она так легко об это рассказывает! Да еще меня в разрыве с Олегом обвиняет! Рухнула на пол и закрыла руками глаза. Что с ними такое? Почему они ведут себя так, как будто в этом не было ничего серьёзного? И вообще если не волк убил Нину то, кто? Кто потом убрал ее тело?
Глава 41. Вина, молчание и странные вопросы. (ред.)
Глава 41. Вина, молчание и странные вопросы.
— Из-за меня? — Повторила ее невинную фразу. Потом снова и снова, пока не встала, чувствуя, что меня уже ничего не удерживает.
— Дашка, ты чего? — Удивленно бросила она, и я схватила с полки флакон духов и бросила в нее.
Волчица увернулась, но я не унималась. Все пределы просто ушли, то ли от наглости сестры, то ли от выпитого алкоголя.
— Ты чуть не убила меня! И так легко об этом говоришь? ТЫ ЧТО СОВСЕМ С УМА СОШЛА?!
— ЭТО ТЫ С УМА СОШЛА!!! — Закричала она в ответ, отходя обратно в комнату. — Чего бросаешься, дура?!
— Я тебе многое могла простить, многое, Кристина! Но этого не прощу! Не вини меня в том, в чем я не могу быть виновата! Слышишь?! — Погрозила ей вешалкой от одежды, наступая.
— А ты ничего не напутала, сестренка? Я ведь сильнее, намного сильнее себя! Не зарывайся, считая, что сейчас прискачет твой волчок и спасет тебя! — Она расправила плечи угрожая, но я слишком злюсь что бы обращать на ее слова внимание.
— Ну, давай! ДАВАЙ! Ударь меня снова! Ты уже раз чуть не убила меня, снова хочешь? — Раскинула руки в стороны, — Ну давай же, давай!!! Или ты думаешь, что мне было смешно, когда ты игралась со мной? Мне, по-твоему, было смешно, со сломанным ребром и вывихнутым плечом бежать от тебя? Да я спать после этого нормально не могу! Ты еще шутила, что мне засосы на пальцах Кай поставил!
— Вот не надо мне тут заливать! С ним ты спишь нормально! А это значит, что тебя устраивает то, как он с тобой поступает. Ты мазохистка, Дашка! Признай же, признай! И перестань мне тут говорить о сломанной жизни! Это ты мне всю жизнь поломала! — Визгнула она, и я невольно отметила, как вытянулись ее зрачки и потемнели вены на руках.
Она резко выдохнула и отвернулась, пока я тяжело дышала от бессильной злобы.
— Дед не думал о том, что будет со мной! Все что он хотел — уберечь тебя! Единственную волчицу в помете, его чертову гордость. А я? Что получила я от этого?! Ты мне всю жизнь будешь должна, ты меня поняла, сучка?! — Рычит она, отвернувшись от меня.
Я рассмеялась, громко и наигранно, схватила ее за руку и повернула к себе. Черты лица Кристины искажены трансформацией, темные волоски проступили почти по всему телу.
— Ты думаешь, я хотела этого?! Хотела, чтобы ты заняла моё место на том ритуале?! Ты что совсем мозги себе отшибла, сестрица? Да я бы с удовольствием поменялась с тобой местами! Ты даже не представляешь, как часто я мечтала быть на твоем месте! А то, что сотворил дед. сделало мне намного хуже, чем тебе! Ты даже не представляешь, как я хотела быть с ним. Как хотела, чтобы нас связывал хотя бы этот ритуал! Ведь я люблю Юру, а не играюсь с ним как ты из-за ущемленной гордости. — Язык заплетался, не знаю, как я вообще смогла выговорить то, что собиралась. После этого Кристина почти что превратилась, толкнув меня перед этим на пол.
Она согнулась на четвереньки, при этом ее руки как будто неестественно вытянулись, а спина выгнулась. Мне казалось, я слышу, как хрустят ее кости. Осветленные волосы сестры вдруг начали расти, о черты лица удлиняться.
— Я ведь отступилась от него, Кристина! Когда поняла, что не любит. Когда приняла что у вас намного больше общего! Но ведь ты даже не подумала его любить, только выставляешь его как красную тряпку! Мол: Даша смотри, что у меня есть, а у тебя нет! Да как так можно то? Я ведь не железная! Сколько можно надо мной издеваться?!
Она превратилась полностью, и я почти сразу узнала ее волчью часть. Больше Таси, загривок белый, наверное, это волосы самой Кристины. Платье на ней порвалось и весело клочьями. Волчица зарычала на меня, и я поняла, что пора делать ноги. Но поскольку мы обе пьяны, меня качнуло не в сторону двери, а в сторону кухни. Ее тоже занесло в угол, так что она сорвала все вешалки с одеждой и запуталась в них. Побежала на кухню и словила с плиты первое, что попалось под руку — чугунную сковородку. Как оказалось, как раз вовремя, поскольку стоило мне повернуться, она уже была за спиной. Огромные зубы были так близко, что я с испугу замахнулась и приложила волчицу по голове.
Огромное мохнатое тело свалилось на диван, несколько раз заскулило и превратилось в сестру. Руки дрожат от натуги, сковородку сжимаю так, что костяшки побелели. Смотрю на нее и все жду подвоха, жду, что нападет. Но она не двигается, и я не сразу понимаю, что виновата в этом я. Почему-то я никогда не думала, что советская чугунная сковородка на такое способна — остановить огромную волчицу с одного удара.
Но Кристина все не двигалась, а адреналин с такой скоростью бил в висках, что я начала трезветь, и весь ужас происходящего ударил мне в голову. Подошла к ней, легонько перевернула ее с живота на спину. Сбоку на лице сестрицы красовалась огромная шишка, таких размеров, что я не на шутку испугалась. Мамочки, это ведь я ее так приложила. По глупости решила, что раз уж Кристина волчица, то ничего страшного не случиться, а тут на тебе — она без сознания. Приложила ладонь к ее шее, пульс, кажется, есть, но судя по тому, что она без сознания дело плохо. Схватилась за телефон, собираясь позвонить в скорую, но руки сами набрали совсем другой номер.
— Алло? — Послышался с трубки знакомый голос.
— Марго! Мне кажется, я ее убила. — Прошептала я в полном испуге, смотря на тело сестры.
К приезду Миссис Тактичность меня уже трясло всем телом. Я ревела в три ручья, прикладывая к шишке сестры лед, и тыкая под нос нашатырем. Ничего не помогало, даже то, что я умоляла ее открыть глаза.
— Ого! Это чем ты ее так? — С порога спросила Марго.
— Ск-сковородкой… — Икая, ответила ей, поглаживая сестру по руке.
— За дело, или так? — Женщина в шикарной белой шубе опустилась на пол перед сестрой, оглядывая ее шишку.
— Мы поссорились, она превратилась и… в общем я ее ударила. — Ответила ей тихо, наблюдая.
— Ну, ясно. — Как-то устало сказала женщина и с размаху залепила Кристине по шишке рукой. Даже пикнуть не успела, как Кристина резко села заорав от боли.