Это совсем другие ощущения, нежели накануне. Проникновения глубже, и это приводит меня в восторг. Его член начинает ускоряться, каждый раз, как яйца легонько шлёпают меня по половым губам, стержень достигнет чувствительной точки в стенке лона, и я почти рычу.
Я бы хотела видеть его лицо, но не оборачиваюсь. Пусть в моей памяти он так и останется неизвестным могучим самцом, который принудил меня к разврату, а я ответила на древний призыв, и вот теперь, согнутая пополам, верчусь на его члене. И мне не стыдно. Мне хорошо.
И ему хорошо. В воздухе разливается запах наших разгорячённых тел и липких соков. Мой влагалище бесстыдно урчит и хлюпает, и я хочу ещё. Я ненасытна. Поймала ритм, и наша скачка то притормаживает, когда он почти вынимает член, но я не даю ему этого сделать.
— Какая ты тесная сучка! — хрипит он и почти останавливается.
Я вся замираю, вздрагиваю и дышу так, будто сейчас перестану.
Жить, дышать, чувствовать. Пульсировать снаружи и внутри.
— Хочешь ещё?
— Хочу, — тут же отвечаю я.
— Тогда проси!
Его член медленно ходит во мне, и это даже лучше, чем бесконечная гонка. Я получаю передышку, голова проясняется, и предвкушения оргазма становится таким острым, как лезвие ножа, приставленного к шее. Наверное.
— Трахни меня, Дима! Ещё.
Облизываю пересохшие и искусанные губы.
Он медлит. Я знаю, что ему понравится. Перед чем не устоит!
— Я хочу тебя запомнить. Что ты был первым, — голос срывается, потому что его член начинает ходить во мне с прежним темпом, и вот я уже чувствую, что почти взобралась на гору. Меня охватывает то жар, то леденящий холод.
Его яйца шлёпают по онемевшим половым губам, а руки сжимают мои ягодицы, оставляя следы. Чтобы запомнила. Но мне всё равно.
Я достигаю оргазма, похожего на взрыв, на полёт. На резко раскрывшийся бутон цветка, из которого в лицо выплёскивается сладкая влага. И ветер, студивший щёки.
— Надевай трусы и садись. Открывай рот!
Я обмякая и подчиняюсь. В это миг для меня он Бог, царь и император. Мужчина, равных которому нет во всём мире.
Я понимала, чего он хочет. И сама мысль, что сейчас его член окажется у меня во рту, вызывает любопытство.
И я охватываю рукой основание его поршня и, смотря на него снизу вверх, но не заискивающе.
— Нравится?
Наши взгляды встречаются. Я киваю.
Член под моими пальцами живой, упругий. Рот заполняется вязкой слюной. Пока я действую неумело, но ощущаю, как эта несмелость, как мои аккуратные посасывания заводят его ещё больше.
— Раньше не сосала?
Мотаю головой и мычу, а он охватывает мою голову руками, и я понимаю, что мне конец. Что сейчас задохнусь.
Член начинает ходить во рту всё быстрее, а я стараюсь дышать носом, как видела в порнофильмах, и не задеть его зубами. Вскоре он уже методично, но всё ещё не в полную силу, трахает мой рот. И я нахожу ритм, начинаю двигаться ему навстречу, насаживаться на его поршень, сглатывая наши с ним соки.
— Лиза, — хрипит он, и я вбираю его член на полную, носом утыкаясь в лобок. — Ты шикарная сучка!
Комплимент заставляет стараться ещё больше, но вскоре он окончательно перехватывает инициативу. Я давлюсь, но покорно принимаю его член, чувствуя, что сейчас кончит.
Выстреливает тёплой спермой, и я медленно глотаю её, стараясь смотреть на него. А он на меня. Вытирает мне слёзы, размазывая по щекам, и я жду, пока всё закончится. И радуюсь пульсирующему шуму в ушах.
Погладив меня по голове почти нежно, задержавшись на миг, его рука соскальзывает. И вот он уже, заправив член в трусы, застегнув брюки, протягивает бутылку воды.
Мы молчим. Слова излишни. Я пью и прячу глаза, а потом возвращаю ему бутылку, замечая, как его рука дрожит. Или это мои пальцы?
— Сейчас покурю и поедем. А то опоздаешь, — он тоже избегает смотреть на меня. Я привожу себя в порядок, наскоро завязываю волосы в пучок на затылке, смотрюсь в зеркальце и снова усаживаюсь на заднее сиденье.
Он возвращается. Садится за руль. И тишина давит на уши нам обоим.
Перед тем как завести машину, он, не оборачиваясь, говорит в мою сторону:
— Знаешь? Я спешу не ради тебя. А потому что иначе я просто тебя не отпущу.
Глава 10
«Я тебя просто не отпущу», — прозвучало как музыка.
И пусть мы больше ни о чём не говорили, я сжимала в руках сумочку и думала о том, чего хочу. Чтобы эта поездка до Минска длилась вечно. Чтобы ничто и никто не разрушил это немое уединение, пресыщенность другу другом настолько полную, что теперь в мире остались он и я.