В груди вспыхивает невыносимая боль, словно сердце вот-вот остановится от всего этого хаоса. Сколько бы я ни плакала и как бы жадно ни глотала воздух, животный ужас пожирает меня изнутри, отнимая способность двигаться.
Дэнни шагает прямо по снегу и трупам, и всё, чего я хочу — это броситься к нему, но ноги словно приросли к земле.
Вдруг я замечаю за его спиной тёмный силуэт. Кто-то поднимает пистолет, целясь ему в спину, и… я действую.
Поднимаю пистолет так, как меня учили на тренировках, и жму на спуск.
Выстрел отбрасывает мисс Салем на землю, а мою руку прошивает дикой отдачей.
Она падает на землю, и я даже не понимаю, куда именно попала. Но этого хватает. Дэнни оборачивается.
— Боже мой. Я убила ее! — Пистолет выпадает из рук, и меня накрывает новый приступ паники.
Если бы я не выстрелила, она убила бы Дэнни.
— О, Господи… она мертва, да? Что я наделала? — бессвязно бормочу, пока паника берет надо мной верх. Дэнни обхватывает мое лицо обеими руками. Я убийца. Я лишила человека жизни.
— Детка, посмотри на меня! — Он пытается вырвать меня из этого оцепенения. Прижимается губами к моему лбу прямо через маску.
— Дэнни! Я убила ее! Я в нее выстрелила!
Я ведь должна была, верно?
Но меня всё равно мгновенно затапливает безмерное чувство вины. Она лежит ко мне не лицом, а на боку, но я вижу ее спину.
— Ари, посмотри на меня! — снова просит он глубоким хриплым голосом.
Я наконец-то отрываю взгляд от мисс Салем и сквозь пелену слез ищу его лицо.
— Всё хорошо, Ари. Всё в порядке. — Он крепче сжимает мое лицо в ладонях, а затем крепко прижимает к себе. — Сильно пострадала?
Обнимаю его в ответ, рыдая ему в грудь.
— Я замерзла, — дрожа, шепчу я сквозь слезы, и он обнимает меня еще крепче. — Хочу пить… так сильно хочу пить.
Я всё ещё в том самом красном платье с бала. Оно почти не греет. С того вечера у меня не было ни куртки, ни чего-то тёплого. Меня бьёт озноб.
— Сейчас я тебя согрею, детка.
— Дэнни, я убила ее!
Внезапно он молниеносно отпускает меня, когда за его спиной раздается громкий хриплый крик.
Это мисс Салем.
Она не мертва, хоть я и выстрелила в нее.
Она бросается на него с воплем, словно ей уже нечего терять. Изо рта хлещет кровь, она спотыкается, но продолжает нестись вперед. В занесенной руке сверкает нож, а темные глаза безумно вытаращены в жажде мести.
Всё происходит за долю секунды.
Дэнни разворачивается, выхватывая пистолет из кобуры на поясе. Одна пуля точно в лоб — и она снова валится на землю.
— Нет, это я ее убил. — Он еще пару секунд не сводит взгляда с мисс Салем. Затем наклоняется и проверяет пульс, после чего убирает руку. Нервно наблюдаю за ним, замечая пять трупов, раскиданных вокруг нас. Убедившись, что всё кончено, он возвращается ко мне.
Он стягивает с себя куртку, оставаясь лишь в бронежилете и камуфляжной кофте.
Накидывает ее мне на плечи, и я просовываю свои окоченевшие, ледяные руки в рукава.
Зубы стучат, ступни горят огнем, и мне кажется, что я вот-вот превращусь в живую сосульку.
Я смотрю в его светло-голубые глаза. В своём снаряжении и маске он и правда похож на самого Жнеца. Нижнюю часть лица закрывает символ косы, а мой мужчина смотрит мне прямо в душу, не моргая. Пугающе красивый.
— Дэнни… ты жив. Ты нашёл меня, — всхлипываю я, стуча зубами от холода. Дрожащей рукой тянусь к его лицу. Я вся в крови. Он тоже. Кровь забрызгала его экипировку и даже ресницы.
— Ты никогда не терялась… — выдыхает он. — Я же говорил: нет такого места, где бы я тебя не нашёл.
Он отпускает меня, и я отшатываюсь, прижимаясь спиной к дереву.
По щекам катятся слезы, сердце колотится всё сильнее.
Даже сквозь маску я чувствую, что он мне улыбается.
— Ты в порядке? Они ранили тебя? Они… — он прочищает горло, — прикасались к тебе?
Я качаю головой.
— Теперь, когда ты здесь, я в порядке.
Его руки скользят под ворот кофты, к ключицам, и он снимает с шеи жетоны. Пока я стою, прижавшись спиной к дереву, он надевает их на меня.
Теперь они лежат поверх моего крестика, второй цепочкой на шее. Холодный металл касается кожи, и время будто замедляет ход.
— Выходи за меня.
Кончиками пальцев он касается моих губ. В каждом его движении чувствуется непоколебимая решимость.
С губ срывается тихий всхлип, но не от боли… от всепоглощающего чувства покоя.
— Детка, выходи за меня замуж.
Я чуть приоткрываю рот, не в силах поверить в то, что слышу. Смотрю на него, пытаясь понять, не сон ли это.