Я готов поглощать ее каждый день и каждую ночь, но не могу себя заставить. Мой способ любить ее в спальне не изменился, и я знаю, что она не готова.
Поэтому буду терпеливо ждать, пока не придет время.
Я подключаюсь к групповому звонку, где все уже ждут.
Адмирал Рейвенмор, Рукер, Кейн и Лопес сидят по домам, у каждого на фоне разная обстановка.
Адмирал Рейвенмор берет слово первым:
— Жнец, мы рады видеть, что ты в порядке. Мои соболезнования.
Я стискиваю зубы, и внутри всё чернеет от гнева. Он ни разу не позвонил и не написал мне лично, чтобы выразить хоть каплю сочувствия. Его волнует только то, жив ли я и готов ли вернуться к работе.
Опускаю взгляд на столик и беру стакан с виски, который налил себе перед тем, как присоединиться к звонку. Делаю глоток, кивнув в ответ.
— Как Ари? — спрашивает Кейн.
Брови ползут вверх при упоминании имени моей девочки, и мне уже хочется перерезать пару глоток.
Смотрю на Кейна через экран; ему не терпится узнать ответ, он ерзает на стуле.
— Держится как может. — Отвожу взгляд от экрана, хрустя костяшками пальцев. — Я не хочу об этом говорить. Пожалуйста, уважайте нашу личную жизнь, — требую жестко.
— Ни слова больше, — перебивает адмирал.
Кейн меняется в лице. Думает, я не замечаю… но я всё вижу.
— Что ж, парни, я собрал вас сегодня, потому что нам поступают угрозы. Чрезвычайно опасные, неминуемые угрозы, такие, к которым ВМС не могут относиться легкомысленно. И которые президент Соединённых Штатов воспринимает предельно серьёзно. Информация засекречена, и у вас есть особый допуск к ней, потому что это напрямую касается всей вашей команды, — говорит адмирал Рейвенмор. — Помните ту миссию в ночь, когда погиб Пол?
Мы киваем.
— Да, сэр, — отзывается Рукер.
— Самый разыскиваемый человек из списка террористов, который сбежал в ту ночь, вернулся по наши души.
Я замираю в кресле.
— Какого хуя? Простите за ругань, сэр, но… какого хуя? — спрашивает Лопес.
— Как? — встревает Кейн.
— Что ж, парни, есть еще кое-что. Помните миссию, когда Дэймона Хоука нашли мертвым в Ираке? — продолжает Рейвенмор, а я чувствую, как внутри нарастает страх перед тем, что он скажет дальше.
— Присутствующий здесь Мрачный Жнец убил в ту ночь его единственного сына. Человек, которого ты убил в рукопашном бою? Это был он. Это был его единственный сын, поэтому сейчас он делает всё возможное, чтобы отомстить за его смерть. — Адмирал невозмутимо смещается в кресле и сплетает пальцы. — Он собирает целую армию и грозится найти вас. Даже назначил награду за твою голову. Сто миллионов долларов тому, кто убьет Мрачного Жнеца. У них есть для тебя свое прозвище. Говорят, они хотят убить Смерть. Хотят прикончить того, кто похож на Жнеца.
— С удовольствием посмотрю, как они попытаются. — Я зло ухмыляюсь. Подношу стакан к губам и делаю глоток, позволяя любимому янтарному яду обжечь горло. Они думают, что смогут убить меня? Чертовски мило.
— Так точно! — рявкает Рукер в знак согласия, ёрзая от напряжения в кресле.
— И что всё это значит? — спрашивает Кейн.
— Это значит, что они хотят принести войну к нам, сынок. Разведка заполучила тревожную информацию. Они уже рыскают по Соединенным Штатам в поисках тебя, Жнец. Будьте начеку. Мне нужно, чтобы команда оставалась на базе в Северной Каролине на случай новых угроз. Об этом знают только те, кому положено знать. Мы не хотим сеять панику в стране.
— Срань господня, всё настолько серьезно? — восклицает Лопес.
— Я абсолютно серьезен, сынок. Они хотят достать вас всех, в особенности Мрачного Жнеца, и любого, кто встанет у них на пути.
— На данный момент операции переносятся на территорию страны. Вы это хотите сказать? — спрашиваю я.
— Именно. Никаких зарубежных операций до дальнейшего распоряжения. Для вашей команды одобрены операции только в пределах страны. Но, Жнец, есть кое-что еще.
Еще? Куда уж больше?
— Держи семью как можно ближе к себе и объясни им всю серьезность ситуации, они должны соблюдать осторожность. Будь рядом с ними, когда не на службе. Эти злые ублюдки не задумываясь используют тех, кого ты любишь и кем дорожишь больше всего, чтобы добраться до тебя. Чтобы найти тебя.
Оглядываюсь, проверяя, не слышит ли Ари наш разговор. Сейчас ей ни к чему лишний стресс… из-за моей работы.
— Я знаю, сэр. Я знаю, как всё работает. Не нужно повторять. — Сжимаю челюсти. Звучу грубо, но я знаю этот протокол. Я в деле уже пятнадцать лет.