- Сам что ли проверял? Что-то какая-то каша у тебя в советах, - скептически заметил Сароян, крутя в пальцах зажигалку.
Александр пожал плечами.
- Не понимаю вообще, зачем ты с Любкой разошёлся. У меня в юности была девчонка армяночка. Уж очень они горячи и темпераментны!
Гора исподлобья посмотрел на друга.
- Если узнаю, что на Любку глаз положил... Убью, понял? Я не шучу.
Саня вытаращил на друга глаза.
- Тьфу ты, дурак! Я ж не то хотел сказать. Вообще я просто люблю армян. Классные, потрясающие люди! О Любе, как о женщине, я никогда не думал. Для меня она навсегда твоя баба. Хотя, знаешь, думаю, Любка долго одна не останется. Она остроумная, не глупая, ухоженная. Извини, но скажу как есть. Широкие бёдра, большая грудь, очаровательное лицо. А главное - от неё исходит шарм. Она производит впечатление такой очень гордой женщины, которая любит в мужчине властность и готова беспрекословно подчиняться всем его желаниям и прихотям. Найти нового мужа для неё не станет большой проблемой. И как бонус - денежки отца.
- При чём тут это вообще?
- Ну как же… - Саня сделал паузу, чтобы отрезать кусочек шашлыка и сунуть его в рот. - Я представляю, как вас поженили. Маленькая капризная Люба показала папе пальчиком на Сарояна и сказала: «Вот этого хочу». И Сароян стал её мужем.
- Как? По мановению руки? - угрюмо скривил губы Георгий.
- Не совсем. За деньги.
- У моего отца тоже были деньги.
- Не такие.
Сароян молчал, хмуро глядя перед собой. Возразить ему было нечего.
- Саша воспринимается как совсем юная девчонка, смешная и трогательная. Хотя она всего на пять лет младше Любови, - продолжал Саня. - В конце концов, у Любви грудь побольше, так что твой выбор очевиден.
- Далась тебе её грудь! Что-то мне не нравится твой интерес к моей жене.
- Так она тебе не жена, - напомнил друг.
- Ну и что.
- Кстати, я тебе не говорил... – Александр почесал висок, будто размышлял, стоит ли затрагивать данную тему. - Боялся, что не правильно поймёшь. Ты не думай, Саша твоя нам очень нравится. Но Владка с Любой не переставала общаться всё это время. Как-то мы с ней Любку обсуждали, и она сказала то, что мне понравилось и запомнилось. Любка - классическая скорпионша. Любит власть, секс и деньги. Она искусная манипуляторша, имеет внутренний стержень. И при всём при этом она очень терпеливый человек. Может годами терпеть то, что её не устраивает, ради определённой цели, и всё это время будет обдумывать стратегию нападения. С такой характеристикой я полностью согласен. Она, может, тебя специально провоцирует, чтобы вывести либо на страсть, и потом верёвки вить из тебя, либо на агрессию, и выставить себя несчастной жертвой. Но, знаешь, лично я её не осуждаю. Ни тогда, ни сейчас. Извини, конечно, но после той её выходки у меня сложилось впечатление, что человек терпел-терпел что-то, что его не устраивало, это что-то копилось и, наконец, выплеснулось. Те, кто рядом, порой могут сильно удивить. Хотя тут иногда и собственную реакцию не предугадаешь. Что уж о другом говорить. В общем, баба себе на уме и весьма опасная.
- Так, с Владой бы ей как раз поменьше общаться, - Гора откинулся на спинку кресла и закусил щёки изнутри. - А то нашепчет ей там всякой ерунды.
- О, о, узнаю Сарояна с его собственническими замашками, - засмеялся Саня. - Переживаешь, что она Любку с пути истинного собьёт, расскажет, что и другие мужики кроме тебя существуют?
Гора посмотрел свирепо, по-звериному. Но друг этот взгляд проигнорировал, занятый жеванием шашлыка. Тщательно вытерев пальцы салфеткой, Александр деловито поинтересовался:
- Какие там у неё образования?
- У кого? У Любы? Экономическое и психфак, - ответил Сароян, глядя прямо перед собой.
- Ну вот! – Саня хлопнул себя по лбу. – Всё сходится. Она ж психолог! Ой, слушай, Владка рассказывала, что у Любы после всего произошедшего диагностировали посттравматический синдром. Погугли, что это. Это бывает с людьми, которые пережили насилие, террористические акты, войны. То есть это серьёзно, а не кризис личности там какой-нибудь. С ней в тюрьме работал психолог. Владка уверена, что это не актёрская постановка ради смягчения наказания или вообще его замены на принудительное лечение. Руслан Артурович бы точно не допустил, чтоб дочь психической признали. Лучше уж колония, раз отмазать не удалось. Но лично я считаю, что этот пассаж с обливанием соперницы кислотой – это не горе, это её сущность, её нутро, которое ждало своего часа, чтобы вот так извергнуться. Никакая психика тут не причём! Исключительно жаль Аню. Отыграется она ещё на ней, помяни мои слова.