За рулем совсем сопливая на вид девица, не выпуская сигарету из зубов, цедит:
— Эй, ты, слышь, глянь, че там у меня с задним колесом? Эй, я тебе говорю, длинный.
Оглядываюсь по сторонам, с неудовольствием обнаруживаю, что длинный в этой компании только я и значит обращается эта вошь ко мне.
Но на «эй ты» я принципиально не откликаюсь.
— Ты че, вообще, что ли? Я вообще-то прошу помощи! Ау...
— Ну если просишь, тогда ладно.
Это Серега подходит к девице вразвалочку.
— Я вообще-то этого звала.
Краля указывает пальцем на меня и сердито пыхтит.
— А он у нас глухой.
— И слепой что ли до кучи?
Я киваю и выхожу за ворота. Хочется подышать свежим, насколько это возможно в загазованном городе, воздухом. Там, в монтажке жутко воняет резиной и сыростью и еще чем-то непонятным. Наверное, зловонными духами этой мажорки. Такое ощущение, что она дихлофосом облилась с ног до головы.
Серега возится с тачкой девицы, следом пригоняют еще одну машину, с которой разбирается уже Витек. А я так и стою за воротами. Желания идти внутрь, увы, нет.
Спустя полчаса девчонка выезжает. Увидев меня, она подъезжает поближе, так, что чуть не задевает колесом мою ногу и заявляет:
— А мог бы и на чай заработать.
Да пошла ты на хер. Два тебе за поведение.
— Оставь себе. С такими мозгами быстро без бабла останешься.
Малолетняя стерва хмыкает и дает по газам, а я, забив на Серегины обиды, направляюсь в сторону дома.
***
Уже полчаса объясняю другу почему не могу и не хочу работать в его гребаной монтажке.
— И, кроме того, Серег. Ну ты же еле выживаешь там. У тебя парни и так одной ногой здесь, другой там. Я вам как пятая нога собаке.
— Ты задрал своими тавтологиями и ногами. Пятая, десятая, как разница?!
— Это фразеологизм и крылатое выражение. Эх ты, совсем все позабыл...
— На хер иди.
— Ладно. Но работа мне нужна другая. Без обид.
— Да понял я, понял. Как лучше хотел.
— Спасибо Серег. Я это ценю, не сомневайся.
Лежу, смотрю в пустой потолок и думаю, как жить дальше. Вспоминаю Маринкины слова про ребенка. Интересно, что было бы если бы она не сделала тогда аборт?
Ой. Да какая к черту разница. Что я, баба что ли, размышлять на тему, что было бы если бы?..
Ничего бы не было. Сомневаюсь, что мы смогли бы спустя столько лет жить как ни в чем не бывало. А все равно она дура. Я ж ее любил.
Да ну блин. О работе надо думать. Деньги не вечны, скоро на счету останется бублик, ну или его дырка, а хочется и жрать повкуснее, и одеться поприличнее. Все мои вещи остались у матери в квартире. Мать умерла, а сеструха пока я на зоне отдыхал, из квартиры меня выписала и вещи мои выкинула. Знает гадина, что я на поклон к ней не пойду. Не тот у меня характер. Но вещи могла бы и оставить. Хожу в том, что Серега подогнал. Как бомжара какой-то.
Что там хоть модно сейчас?
Набираю в поисковике запрос и тихо офигеваю от найденных картинок.
Штаны какие-то короткие, судя по фасону, цветовой гамме и длине явно полупидорские. Шапки тоже доверия не внушают. Что это за презерватив с раздвоением на макушке? Футболки розовые и еще какие-то не слишком уважаемые цвета. О, бомбер. Я такой носил лет в тринадцать. Так, кедики юности моего отца, какие-то напяточники. А, это носки такие? Это точно мужская одежда? А нормальные джинсы есть? Ну такие, чтоб жопа на месте и ширинка не между коленей? Нету? Тогда в Серегиных буду ходить. Надо у него что ли поспрашивать, он-то где-то эти шмотки взял.
Но Серега не доступен, наверное, к теще на блины с мышьяком поехал. Зря что ли та его всю неделю зазывала?
Черт, и обратиться-то не к кому за советом. Хотя...
Пересилив себя, звоню Маринке, объясняю ситуацию.
— И короче мне бы что-то такое, чтоб не розовое, не в обтяг, не короткое и не гондон на голове. Сможешь?
Маринка ржет, потом вздыхает и заключает:
— Серега твой, как и ты старый пердун. Без крайностей не можете? Ладно уж, давай через два часа заеду, оденем тебя как человека.
Самооценка резко падает куда-то в район ширинки у модных джинсов. Ну ладно, Марин. Мужик он не шмотьем бабским этим измеряется. А размером ума и сообразительности. А с этим у меня все прекрасно.
Ну да, ну да. Работы нет, жилья нет. Одет как бомж, жрёшь дешевую китайскую лапшу. На той неделе вышел из тюрьмы. Классный ты парень, Пашка. Сразу видно и ум, и сообразительность, и достоинство.
До кучи еще Маринка приезжает на своей машине. А мою старую, но любимую и единственную девяточку сеструха разбила и продала на запчасти.
И машина у Маринка никакая не девятка, а вполне себе хорошая иномарка. Мля, обратно что ли на зону попроситься? Там я хоть человеком себя чувствовал, честное слово.