– Ты что творишь?! – отчаянно рвусь на волю. – Пусти! Оглох?
– А ты заводная, – протягивает Руслан таким тоном, который мне совсем не нравится, прижимается ко мне слишком крепко. – Видно, этим брата моего и окрутила?
– Никого я не окручивала, – выдаю резко. – Никогда не просила такого внимания. Я вообще хотела бы держаться подальше от вашей безумной семейки.
– Забавно слышать такое от девчонки, которая принадлежит Сабурову.
– Я ему не принадлежу.
– А он об этом знает?
– Нет, но я с ним не буду. Я и вообразить не могла, что отец отдаст меня такому чудовищному человеку.
– Может, Якуб тебя в жены возьмет, – издевательски заключает Руслан. – У него супруги долго не задерживаются, одна сменяется другой.
– Мне без разницы, – брезгливо морщусь, не переставая вырываться ни на секунду, просто не желаю сдаваться и покорно лежать под весом его мускулистого тела, хотя уже четко понимаю, что стоит поберечь силы, ведь я так просто выдохнусь.
Стоп. Может, он этого и ждет? Я перестану противиться и тогда…
Меня всю передергивает. Про “тогда” думать не хочется. И пусть я пока затаилась, все равно оставалась настороже, готовилась моментально дать жесткий отпор.
– Зря ты так, – насмешливо бросает Руслан. – Про потенциального хозяина всегда стоит узнать больше.
– Он мне не хозяин!
– Но твой отец тебя отдал.
– И что? Мое слово ничего не значит?
– Верно, – припечатывает мужчина. – В нашем мире так и есть. Слово безродной девки ни черта не значит. Была бы ты из уважаемой семьи, тогда еще могла бы претендовать на нормальное отношение, а так – просто расходный материал.
Циничные слова режут ножом.
Да что он несет?
– Нормальная у меня семья, – заявляю гневно. – Да, мой отец не так богат как вы с братом или этот ваш Сабуров, когда-то он потерял свое состояние, разорился, но это совсем не значит, будто мои родные на ступень ниже вас.
– На ступень? – издевательски хмыкает, явно глумится. – Девочка, да вы у самого подножья лестницы. Хотя нет, на нулевом этаже. Вам наверх не взобраться. Тут огромное значение кровь играет.
– Интересно, – закипаю еще быстрее. – Выходит, вы дворяне? Аристократы? У вас особенная кровь?
– Мы из разных миров.
– Вот и отлично, я хочу обратно.
– Не выйдет. До сих пор не ухватила суть? Ты либо к Сабурову отправишься, либо вернешься к Дамиру. Ну или меня развлечешь. Поглядим…
– Никого я развлекать не собираюсь!
– Уверена?
Он ведет пальцами по моей скуле, а потом сдавливает подбородок, и пусть в комнате царит абсолютная темнота, глаза Руслана полыхают в черноте точно адские угли.
– Давай я расскажу тебе про Сабурова, – чеканит мужчина. – Ты должна понимать, кому твой папаша намеревался тебя отдать на выгодных для себя самого условиях. Или страшно?
Черт возьми, я видела убийство. Разве может быть нечто худшее? Я лично наблюдала за тем, как Сабуров избавился от человека, обращался с тем беднягой точно с мусором, даже не придавал значения. Переступил. Дальше пошел.
Хотя чего еще ждать от бандита?
Руслан вдруг отпускает мой подбородок и проходится пальцами по шее. Медленно, безумно медленно. И мне такой поворот совсем не нравится.
– Не трогай меня, – твердо говорю я.
– Иначе что?
Я пытаюсь ему врезать. Пробую дать пощечину сперва одной рукой, после другой, но оба запястья моментально попадает в плен горячих пальцев.
Я отчаянно стараюсь лягнуть этого гада, но ничего не выходит. Кончается все тем, что этот ублюдок зажимает мои ноги между своими мускулистыми бедрами.
Я точно в капкане у громадной нерушимой скалы. Ужас. Оживший ночной кошмар. И хоть Руслан, пока не делает ничего плохого, я уверена, ждать от него чего-то хорошего точно не стоит.
– Сабуров сменил десять жен. Или двадцать. Честно? Я давно перестал их считать. У него каждый сезон – новая супруга. Быстро надоедают. Вот он и меняет.
– Это такая дурацкая шутка? – спрашиваю, и липкий холод струится под ребрами.
– Чистая правда. Раньше многие семьи мечтали пристроить своих дочерей в жены такого почтенного человека, но после стало ясно, что это дорога в один конец.
– Не понимаю.
– Он от них избавляется.
– В каком смысле?
– Догадайся, Синица.
– Ну он разводится с ними, – напрасно пытаюсь сглотнуть ком в горле. – Или что тут еще имеется в виду?
– В наших традициях разводы редкое дело.
– Тогда как? Одну жену куда-то отправляет, а в свой дом приводит новую? Я слышала, вам можно брать четырех жен. Но десять… это же слишком много. А если их еще больше, то не понимаю, как он разбирается.