Взрезать им вены – реально.
Я просто пришила его на платье изнутри. Незаметно, парой стежков. На юбке у разреза. Стоит чуть поднять её, и моё крохотное жало – спасение – у меня в руках.
Но я стараюсь всё-таки не думать о плохом.
Я верю в то, что Игнат меня спасёт. Не может не спасти!
Не может он стать главным разочарованием в моей жизни.
Ресторан на другом конце города, ближе к так называемому Царскому селу. Наверное, такие районы есть во всех городах. Гетто для богатеньких Буратино. Его начали застраивать элитной недвижимостью еще до моего рождения. Когда-то и отец купил там землю, построил дом.
Мы были счастливы в этом доме, правда, совсем недолго.
Словно кто-то нас проклял. Сглазил. Мама в это не верила, но бабушка – её мама, постоянно повторяла про порчу, сглаз.
Я не хотела и не хочу думать об этом.
Я знаю кто виноват.
Отец.
Я пыталась его понять, пыталась найти объяснение его поступкам. А потом поняла, что их нет. Объяснений. Он просто выбрал этот путь. Винить всех и вся и жить с такой женщиной, как Тамара.
Нет, сначала она была красивой, эффектной.
Не красивее мамы. Красивее мамы я вообще никого не видела. Она была необыкновенная. Но видимо папа просто не смог дотянуться до её красоты.
Проще было втоптать в грязь, унизить. Мама еще была жива, когда он фактически привёл в дом Тамару. Не представляю, каково было ей, моей мамочке, она, умирающая, лежала в своей комнате зная, что в соседней спальне мужчина, которого она когда-то так сильно любила обнимает и целует другую.
Говорят, что нужно прощать. Но разве можно простить такое?
- Что ты такая насупленная сидишь, Аля? Улыбнись! – Подхихикивает Тамара, сидящая рядом со мной в машине.
Улыбнуться?
Интересно, улыбаются ли те, кого ведут на казнь?
Закрываю глаза, читаю молитву. Пожалуйста, Господи, сделай так, чтобы Игнат пришёл, чтобы он спас меня! Пожалуйста!
Ресторан, который выбрала Тамара – лучший в городе. Горит огнями. Внутри так шикарно, что я на мгновение замираю, ахаю.
Зал украшен моими любимыми пионами и розами. И воздушными шариками. В центре красивый фонтан из шаров и цифра – восемнадцать.
Мне всего восемнадцать, а кажется, что я уже прожила целую жизнь…
Некоторые гости уже пришли, меня встречают аплодисментами, кричат поздравления.
Тут же подскакивает какой-то парень в костюме и с микрофоном, видимо ведущий. Говорит не со мной, а с Тамарой, что-то объясняет. Она кивает.
Меня приглашают сесть за главный стол. Он небольшой, на четверых. Уставлен закусками.
Официант тут же приносит бутылку шампанского.
Я еще никогда не пила алкоголь. Не было даже желания попробовать. А сейчас…
Сейчас так хочется забыться!
Но если я буду не в состоянии защитить себя? Или… убить?
Пара глотков не помешает. К тому же если я откажусь – мачеха может что-то заподозрить.
Гости садятся, звучит музыка, ведущий начинает свою речь, рассказывает, кажется обо мне, о моей семье. Приглашает всех поднять бокалы.
Наверное, будут пить за меня. Я плохо соображаю, в голове гул стоит.
Слово дают отцу. Он говорит сухо, коротко. Гости опять начинают шумно наперебой кричать «с днём рождения».
Я в какой-то прострации нахожусь. Мечусь глазами от стола к столу, пытаясь понять – кто же есть в зале. Вижу заинтересованные взгляды мужчин. Но вроде бы все они не одни, с дамами. Правда, понять кто эти дамы – жены, любовницы, эскортницы, я не могу.
Первый тост, и ведущий объявляет танец. Меня приглашает отец.
Мне хочется спросить у него – как он мог? За что? Но я не могу. Ком в горле. Он не смотрит на меня. Лицо суровое. Только в финале танца говорит.
- Как же ты на мать похожа, Алина…
А я не могу ответить. Сажусь, хватаю бокал, делаю огромный глоток, закашливаюсь, отворачиваюсь, пытаясь спрятать слезы.
Господи, почему Игната всё еще нет?
Гости говорят тосты, преподносят подарки. Цветы, какие-то свертки, коробки, конверты с деньгами. Мачеха всё прибирает к рукам. Да мне и плевать. Плевать на всё это! Я хочу сбежать, вырваться из душного зала! Лететь, куда глаза глядят. Лишь бы не тут. Лишь бы не думать о том, что случится со мной дальше. Если не приедет мой спаситель.
Сердце пропускает удар, когда я слышу шум на входе.
Чувствую, что это он. Знаю.
Поворачиваю голову и глазам не верю.
Демидов заходит в зал. В его руках огромный букет алых роз. Очень большой. Это даже не сто штук, наверное, все пятьсот. Как он их держит?
Подходит к моему столу, я поднимаюсь навстречу, пока еще не понимаю – он пришёл сюда как кто? Как гость? Но… почему? Или он приглашён?