Нет для меня любви, ничего хорошего тут нет.
Вспоминаю слова Рустама. Мужской туалет. Окно. Решётка.
Я могу сбежать. Нет, не с женихом сестры. Сама.
Просто вылезти в окно и…
Только что со мной будет? Я выбегу на трассу в этом платье, почти голая, что обо мне подумают, за кого примут? Получится так, что я попаду из огня, да в полымя.
Нет, бежать нет смысла.
Получается, нужно вернуться в зал. Выдержать всё это до конца.
- Алина…
- Я всё поняла, Игнат. Аукцион. Я готова. Только… ты уверен, что у тебя хватит денег, чтобы меня купить? А вдруг кто-то перебьёт твою ставку?
Я почти не вижу его лица, за портьерой темно, сквозь узкую щель падает тонкий луч света. Игнат усмехается, в его глазах горит пламя, сжигающее меня дотла.
- Не бойся, маленькая. Мою ставку не перебьёт никто, потому что она сегодня будет единственной.
***
- Дорогие гости, а сейчас я приглашаю на эту сцену нашу именинницу, потому что сейчас у нас будет главный сюрприз вечера.
Мне даже смешно. Неужели всё будет вот так, открыто? Или всё-таки придумают что-то, чтобы прикрыть свои грязные делишки?
Выхожу, улыбаясь, с гордо поднятой головой.
Мне терять нечего. И стесняться тоже нечего.
Вижу, как с другой стороны на небольшой помост, именуемый тут сценой поднимается Игнат. У него в руках большая корзина, завязана так, что содержимого не видно. Игнат берет микрофон у ведущего.
- Дамы и господа, уважаемые гости нашего вечера, я, на правах друга семьи Алины, так сказать, с благословения, взял на себя не простую миссию. Все вы знаете, что в этом году я открыл благотворительный фонд помощи нашим землякам, попавшим в непростые жизненные ситуации, это не только болезни…
Никогда не видела Демидова-политика. Выступает он реально здорово, речь такая – заслушаться можно. Только вот я никак не могу понять, при чём тут благотворительность и аукцион.
Но Игнат довольно быстро объясняет. Он приготовил подарок для меня и предлагает гостям купить его. Деньги, вырученные за этот, пока никому не известный сюрприз пойдут в благотворительный фонд.
Интересно.
Он сам это придумал? И как давно?
Я слегка отмираю, потому что этот аукцион совсем не похож на тот, к которому я готовилась. Не понимаю только одного, почему Игнат не сказал мне обо всем прямо? Или… или это только начало? Дальше будет хуже?
Демидов сам ведет аукцион, весьма профессионально. Шутит, хохмит, подбивает народ делать ставки. И ставки реально взлетают до небес очень быстро. Начинали с десяти тысяч рублей, быстро дошли до ста и пошли выше.
Я в шоке. Для меня и десять тысяч – огромные деньги, а сто… двести… Боже, кто-то готов отдать за корзину триста пятьдесят! Четыреста!
Сглатываю.
У меня ощущение, что сейчас торгуются вовсе не за мифический подарок мне. Нет.
Это меня покупают. А Игнат набивает и набивает цену!
- Хватит… - шепчу ему, потому что кричать нет сил. – хватит…
- Всё под контролем, малышка, ничего не бойся.
От этой его фразы меня уже триггерит. Я не могу не бояться! Я в панике!
Пятьсот тысяч.
Сейчас я грохнусь в обморок!
- Пятьсот тысяч раз, пятьсот тысяч два… Пятьсот тысяч мужчина во втором ряду, наш замечательный руководитель трубопрокатного завода, три. Продано!
Слышу аплодисменты, смех в зале ресторана. Зажмуриваюсь. Не понимаю ничего.
- Ириска, глазки открой, смотри, кто у меня тут. – голос вкрадчивый, какой-то очень довольный.
Он стоит совсем близко, чувствую его дыхание, аромат…
Когда он вот так, рядом, мне совсем не страшно, я ему верю. Но я не хочу быть тут, в этом зале! Хочу, чтобы он меня забрал отсюда!
- Открой глаза, малыш…
Подчиняюсь нехотя, хлопаю ресницами, потому что сразу как-то слишком светло. И вижу, что Игнат держит в руках корзину, а в ней… в ней крохотный щенок! Такой маленький… такой милый!
Получается, на аукционе продавали… щенка?
Я совсем ничего не понимаю.
Игнат подмигивает мне, но так, чтобы никто не видел, а потом поворачивается к сидящим за столиками гостям с победной ухмылкой – мгновенно превращаясь в бизнесмена.
- Итак, первый лот продан, пятьсот тысяч рублей. Щенок породы бивер йорк для нашей прекрасной именинницы! И пятьсот тысяч из нашего благотворительного фонда пойдут на помощь нашим подопечным. А мы продолжим наш аукцион и следующий лот предоставлен одним из гостей.
Мне всё еще кажется, что это какой-то обман. Фарс.
Но Демидов на самом деле проводит аукцион. Продаёт корзину цветов, дарит её моей мачехе, потом в качестве лота выступает коллекционное вино, картина, написанная нашим местным художником. Это уже не подарки мне, люди реально с азартом покупают вещи, якобы участвуя в благотворительной акции.