Он попросил Илью меня уволить. Ради чего? Что он этим добивается? Зачем влез в мою жизнь снова, чтобы разрушить то, что я с трудом удерживаю из последних сил?
Это не тот Филипп, которого я знала. Того больше нет. Передо мной — совсем другой человек. Холодный. Жёсткий. Опасный.
Прошлое — в прошлом. Туда не вернуться. Илья это подтвердил — у него своя позиция, и он не хочет терять «такого друга», как Филипп. Он дал мне понять всё предельно ясно. Даже номер телефона Филиппа мне написал. И адрес.
А ещё — деньги. Много денег. Компенсация за увольнение, как он сказал. Мол, пригодятся на лечение.
На операцию этих денег не хватят даже близко… но всё же это что-то. Илья мог просто выгнать меня, но не выгнал. Почему? Может, тоже жалеет. А может — боится Филиппа.
— Ты хороша, — сказал он, когда я стояла перед ним полуголая. — Но я не заинтересован, София.
— Тогда… тогда что вам нужно? — спросила я, обхватив себя руками, чтобы хоть как-то прикрыться. Я не понимала — к чему он ведёт.
— Он хочет тебя, — хмыкнул Илья. — А я не хочу терять с ним дружбу. Вот и всё.
— Кто? — хотя я уже знала ответ.
— Филипп.
Я выдохнула.
— Но…
— Не глупи, — перебил он. — Он заплатит. Он поможет. Только ты должна сама к нему прийти. Сама предложить.
— Нет. Я не могу. Он — прошлое.
— А судя по всему, ты для него — нет, — сказал Илья. — Он зацепился за тебя. А если он что-то хочет — он это получает.
— Я не смогу…
— Своё «не могу» засунь себе знаешь куда, — резко сказал он. — Речь не о тебе. Речь о твоём брате. Ты же хочешь, чтобы Тимофей жил?
— Больше всего на свете, — прошептала я.
— Вот и решайся. Такой шанс не у всех бывает. Тебе повезло.
Повезло… Тошнотворное слово.
— Только не начинай плакать, — отмахнулся Илья. — Филипп богат как чёрт. Если кто и может помочь тебе с деньгами — это он.
Он ещё долго что-то говорил, давал свои «ценные советы», как он это называл. Что, мол, не время страдать гордостью, что деньги не пахнут. Что выход у меня есть — просто нужно протянуть руку и взять его.
Только вот цена этой помощи слишком ясна. Слишком грязна.
Чтобы всё изменить — мне нужно только одно. Набрать номер Филиппа. Он дал мне контакт. Адрес. Даже не скрывал насмешки, когда уходил.
Гад.
Ладно. Я не буду ему звонить. Просто напишу. Так будет проще. Холоднее. Без эмоций. По делу.
Я делаю первый шаг — после того, как он вчера трахнул меня пальцами в ВИП-комнате. Если я смогла пережить это — переживу и остальное. Ради Тима я пойду на всё. На всё.
Пусть только не вздумает меня обмануть.
Я выхожу из клуба и сразу пишу сообщение:
«Привет. Мне нужны деньги.»
Без этих нежностей, без приветственных смайлов, без лицемерия. Только правда. Только суть. Он ведь сам этого хочет — честности, без прикрас? Отлично. Будем честными до конца.
Ответ приходит через две минуты:
«Я не банк, Соф.»
Урод. Он ещё смеет язвить.
«Я знаю, что не банк. Давай договариваться, Филипп.»
Ответ не заставляет ждать:
«Есть конкретные предложения?»
Да, предложение — разбить тебе еб*ло, чтобы выбить из него всю эту самодовольность, всю эту надменность.
Но я пишу другое:
«Хочу услышать твои.»
Спустя минуту:
«Я не в городе. Срочно улетел. Буду через два дня. Тогда и поговорим.»
ДВА ДНЯ?! У меня нет двух дней. У меня нет двух часов! Тим… у меня горят сроки. Мне нужны деньги уже сейчас.
«Ты можешь написать, что хочешь, прямо сейчас.»
«Не люблю писанину. Поговорим голосом, Соф.»
Вот же ублюдок.
Я закрываю переписку. Пошёл он к чёрту.
Проходит десять минут, и он сам звонит. Заграничный номер. Конечно. Он же теперь «международный бизнесмен».
Я отвечаю:
— Да.
— Да? — его голос раздражён. — Просто «да»?
— Привет ещё раз, — говорю холодно.