— Не разувайся. Хочу, чтобы на каблуках была.
— Хорошо, — соглашаюсь. Оставляю туфли. Тут же тянусь к поясу на плаще, но и тут он меня останавливает.
Вернее, резко поднимается и подходит ближе. Сам развязывает пояс, плащ с моих плеч снимает.
— Отлично выглядишь, Соф.
— Ты тоже, Филипп, — отвечаю тем же комплиментом. На нём синяя строгая рубашка сегодня и чёрные брюки. На левом запястье — дорогие часы. А ещё от него вкусно пахнет. Парфюм тоже не из дешёвых. Дорогой.
— Платье тебе очень идёт. Нормально добралась?
— Да, вполне.
— Голодная? Я не ужинал ещё, тебя ждал. Составишь компанию? — спрашивает уставшим голосом.
— Да, я тоже не ужинала.
— Отлично, через пятнадцать минут привезут ужин. Я выбрал по своему вкусу и по памяти о твоих вкусовых предпочтениях.
— Спасибо…
Я чувствую себя неуютно рядом с ним. Моё элегантное красное платье с открытыми плечами, лишь с тоненькими бретелями... Лифчик без шлеек, трусики — кружевные стринги, но бесшовные. Вроде одета, но чувствую себя голой.
— Иди сюда, — берёт меня за руку и ведёт за собой. Я слушаюсь…
— Смотри, какая красота. Какой вид открывается из окна.
Действительно — волшебно. Мы находимся на десятом этаже, и отсюда видно весь город: разноцветные огни отражаются в тёмных волнах, если присмотреться.
Горячие ладони Филиппа скользят по моим плечам, а губы касаются шеи. Это заставляет меня вздрогнуть.
— Ты боишься меня?
— Нет, Филипп. Я не боюсь.
— Ты не жертва, Соф. Ты можешь уйти в любой момент, — шепчет куда-то в волосы.
— Не могу. Тогда ты мне не поможешь. Ему не поможешь. Поэтому сейчас я здесь. Я твоя. На эту ночь. И не только. Можешь делать со мной всё, что хочешь, Филипп.
— Моя… Да... Я возьму всё, что ты дашь. Этой ночью мы вряд ли будем спать, Соф…
— Я согласна на всё. Только не обмани меня, Филипп. Помоги...
Он жадно проводит ладонями по моим позвонкам, а потом трогает и сжимает грудь.
Тяжело дышит в затылок. Меня мелко колотит, но я всё ещё держусь на этих высоких каблуках. Если упаду — он поймает. Он всё контролирует в этой жизни. Вот сейчас я — в его полной власти.
Филипп одной рукой скользит ниже — от груди к животу, а второй — по бедру вверх…
— Как ты пахнешь… Как ты меня заводишь и с ума сводишь, Соф… Чёрт! И как сдерживаться рядом с тобой?
Ответить не успеваю, потому что в номер стучат.
Нас прерывают. И делают это очень вовремя. Потому что… мне нужно поужинать и выпить немного. Так просто… я не смогу.
18 Глава
София
— Что ты умеешь? Какой секс тебе нравится, Соф?
Я молчу, потому что не знаю, что ответить. Вернее — знаю, но произнести не могу. Мой опыт ограничивается только им. Только нами — когда-то давно. Шесть лет назад. И после… никого
— Ну? Ответишь? Я же не спрашиваю, сколько у тебя было сексуальных партнёров после меня. Хотя очень даже любопытно.
Ни кого не было после тебя! И я… ничего не умею.
Хочу кричать, но держусь. Если признаюсь, то сразу же «пролечу». Зачем ему неопытная любовница, если он может найти профессиональную и за меньшую сумму?
А я смогу… Подыграть, подстроиться. Сделать всё так, как ему нравится. Я же пойму по его стонам, взглядам, движениям во мне. Должна. Что-то — по памяти, в чём-то буду импровизировать. Но ни за что не должна выдать себя.
Он меня хочет — это уже плюс. А дальше…
— Соф, ну, — он бодает мой лоб своим. Я прикрываю глаза, не знаю, что ответить. Но спустя несколько секунд снова встречаюсь с его потемневшим взглядом и решаюсь:
— Любой нравится.
— Ого. Неожиданно. Хотя чему я удивляюсь. Ты давно уже не целка. И в тебе точно побывал не один член.
Грубые слова бьют наотмашь, но я виду не показываю, что они меня задевают. Пусть упивается своим превосходством, своей властью.
Было бы намного проще, если бы наша договорённость сводилась всего к одной ночи. Но так не будет. Месяц. Он обозначил срок, в течение которого мы будем видеться не меньше десяти раз. Десять ночей. А может, и больше — всё будет зависеть от ситуации. В общем, такие у него условия. И я на них согласилась.