А потом он с чистой совестью меня отпустит. А я уйду. Даже и не вспомнив…
Я ему ничего не отвечаю и не комментирую. Филипп тоже молча смотрит на меня. А потом его рука грубо сминает грудь через платье — в этот раз более властно, а вторая задирает подол и скользит вверх, пока не достигает резинки чулков.
Я старалась. Я выполнила каждое его пожелание: депиляция, новое короткое красное платье, кружевные чулки, просвечивающийся чёрный комплект нижнего белья, туфли на высокой шпильке. Яркая красная помада на губах — и больше ничего из косметики.
А, и волосы — распущенные, аккуратно уложенные, а не стянутые в хвост.
Он скинул деньги, чтобы я выглядела именно как настоящая блядь. Вульгарная, на всё готовая, притягивающая взгляды, возбуждающая… Я и выгляжу так. А он и трогает — не как раньше трогал, а как полагается трогать дорогую проститутку.
Если честно, я не вижу разницы между шлюхой и содержанкой. Они обе спят с мужиками за деньги. Просто слова разные: одно грубое, второе — завуалированное.
Ужин подошёл к концу. Теперь сладкое — на десерт.
Я выпила достаточно вина, голова слегка кружится. И в какие-то моменты, когда он меня трогает, я даже испытываю удовольствие.
Губами он присасывается к шее, резко стягивает лямки платья вместе с лифчиком, обнажая мою грудь.
Филипп, пока мы ужинали, всё-таки включил свет, а ещё и плазму, на которой нашёл музыкальный канал с иностранной музыкой. Я думала, что заставит станцевать для него, я была в этом уверена. Но, видно, терпения больше нет. Лишняя прелюдия не нужна. Сейчас бесполезна.
Филипп дико возбуждён.
— Хочу тебя. Пиздец как. Как ты пахнешь, какая ты вкусная, Соф, — и в доказательство проводит влажным языком по коже на шее, а потом прокусывает её, спускаясь ниже, к груди. Припадает сначала к одной, потом к другой. Лижет, кусает, теребит.
Я всхлипываю, закрываю глаза и…
…даже не понимаю, когда пальцы Филиппа оказываются в моих трусиках. Сначала он гладит.
— Влажная… Мне нравится. Ммм, Соф.
Филипп расстёгивает ремень на своих брюках, достаёт член, скользит влажной горячей головкой между моих ног. Немного приподнимает меня, сдвигает в сторону стринги… и медленно опускает меня на себя.
— Ахххммм, — стону. Принять его полностью не могу. Слишком больно. Даже пытаюсь слезть, но он возвращает обратно. Нежно целует в висок, потом склоняется к моему уху и шепчет:
— Тссс… Всё будет хорошо. Расслабься, Соф. Тебе легче будет. Я… не маленький, ты же помнишь. Алкоголь немного помог, но и ты сама должна. Твоё тело слушается только тебя. Я… прошу тебя.
И только потом я немного задвигаю страх, пытаюсь не зацикливаться на боли. Я ведь не девственница давно. Просто нужно повторить — и привыкну. Других вариантов нет. Тем более… это же он. Да, мудак, да, использует меня. Но когда-то — родной. Близкий. Даже любимый. А не кто-то чужой. Старше на пару десятков лет…
Филипп притягивает меня за шею и целует. Одновременно с этим опускает на себя до конца, соединяя нас воедино. И я принимаю его полностью в себя. Он начинает двигаться во мне, крепко удерживая за бёдра.
19 Глава
София
Я не тороплюсь выходить из ванной. Прислонившись спиной к холодной стене, вцепившись пальцами в край умывальника, я дышу медленно и рвано. Мне нужно прийти в себя. Хоть немного.
Филипп оставил меня здесь после того, как между нами снова всё случилось. Уже второй раз за эту ночь.
Я хотела отдельно принять душ, помыться, но он настоял, чтобы вместе. Я знала, что...
В этот раз он меня брал сзади, врезаясь и насаживая меня на свой член до упора, грубо сжимая в кулаке волосы и оставляя засосы на шее.
Ночь ещё впереди. И сколько раз он ещё пожелает заняться со мной сексом...
Я думала, что мне будет противно. Что тело не будет... не должно было оно так отзываться на него. Но, вопреки всему, оно предало меня.