А потом мы оба взрываемся. Он во мне, а я — на мелкие атомы.
Мир вокруг словно замирает. Ничего не слышно, кроме бешено колотящихся ударов наших сердец.
24 Глава
София
Я лежу на Филиппе. Прихожу в себя. Дыхание все еще неровное, но не спешу сбегать из его крепких объятий.
Мне так спокойно, хорошо.
И я…
Я не должна к нему испытывать ничего, кроме влечения, желания, никакой любви.
Но она, как назло, где-то внутри моего сердца снова просыпается. Расцветает. А это совсем не кстати.
И он меня так крепко прижимает к своей груди, словно боится, что исчезну, растворюсь, как русалка в пене морской.
А настоящей пены уже нет, и вода немного остыла.
И он не торопится отпускать, и я не хочу уходить.
Приподнимаю медленно голову, встречаюсь с ним взглядом. Он тоже так пронзительно смотрит.
— Что, Соф? — интересуется, поглаживая мою спину костяшками пальцев под водой.
— Нам пора вылезать из ванной. Вода остывает.
— По хрен. Мне и так хорошо. Особенно когда ты вся такая разомлевшая, сексуальная и довольная лежишь на мне после оргазма. Ты не девушка, ты просто мечта.
Я ничего не отвечаю. И не спрашиваю. Мне так хорошо в моменте…
Да, в самом начале я думала, что все это будет мне в тягость. Что не смогу так унижаться, позволять бывшему парню иметь себя во всех позах, брать в рот его член, облизывать каждую выпуклую венку на нем, глотать сперму. И не испытывать при этом отвращения…
Он не простой человек, грубый местами, но всегда искренний. Изначально был таким. Даже при первом нашем знакомстве в автобусе. Нагловатый, но зато не юлил. Уселся рядом со мной, задавал кучу вопросов. Еще и имя его дурацким мне показалось. Из-за воспитания только не рассмеялась, хоть и...
Бесил. Сразу поняла, что мажор. Что некуда девать папины деньги. И поэтому решился на тур. Скучно мальчику стало.
А потом Филипп вообще признался, что влюбился в меня. А я прям взяла сразу и поверила ему. Ага... Дурочкой себя никогда не считала: хорошо училась, книжки умные читала. Поэтому и верить таким смазливым мачо я точно не собиралась. А потом… Все изменилось.
— О чем задумалась? — хриплый голос Филиппа вырывает меня из воспоминаний.
— Да так, ничего серьезного, Филипп.
— Точно? — переспрашивает.
— Да, точно.
В номер в этот момент как раз громко стучат. А может, и до этого, но мы не слышали.
— Ужин привезли. Я бы тут вечно с тобой валялся и еще на несколько раундов пошел, но сил не осталось. Надо подкрепиться, Соф.
— Я тоже проголодалась.
— Окей. Тогда вылезай из воды, а я пока там все расставлю.
Я поднимаюсь с него, он вылезает из ванны первый. Обматывает бедра полотенцем и выходит.
Я следом за ним поднимаюсь. Тоже беру с крючка банное белое полотенце. Сначала вытираю волосы, потом им полностью обвязываюсь. А потом беру с полки фен и просушиваю волосы. Не хочу, чтобы с них стекала вода. И только проделав все нужные процедуры, я выхожу из ванной комнаты.
Филипп уже как раз успел сервировать стол. Но не переодевался. Так в полотенце и остался.
Какой он все же сексуальный...
— Уже все готово? — спрашиваю, когда подхожу со спины.
Гашу в себе ненужный порыв прижаться к его шее губами, обнять руками или...
Да что это со мной вообще такое творится? Так не должно быть!
Это ненадолго! Не навсегда!
25 Глава
София
Мы ужинаем молча. А мне так и хочется миллион вопросов задать, но я сдерживаюсь.
Он сам скажет, если посчитает нужным. Доставать и злить нельзя.
— Я все уладил. Врач, конечно, тот ещё гондон, но мы, кажется, нашли общий язык. Он взял на себя обязательство лично поехать с Тимом.
— А я? Мне можно? Я хочу...