Просто трахать ее. Не как тогда, по любви. А по- взрослому.
5 Глава
София
Я верю — и не верю.
Филипп.
Более ужасной встречи после долгой разлуки невозможно было и придумать. Почему именно так? Почему именно сейчас? Боже, как же стыдно показаться перед ним в таком виде. Он — уверенный, безупречный, с этим своим фирменным холодным взглядом хищника. Весь из себя мажор — впрочем, он всегда был именно таким.
Рядом с ним я всегда чувствовала себя не в своей тарелке. И если честно, я никогда не понимала, что он вообще нашёл во мне, простой девушке? Азарт? Интерес? Спор сам с собой? Случайность?
Нет. Всё оказалось иначе. Я ему просто понравилась. С первого взгляда. И он мне тоже — если быть честной перед собой. Но я никогда не признавала парням своих чувств первой. Да и никто раньше не вызывал во мне такого — до встречи с ним.
Тогда он был ещё молод, дерзок, опасно обаятелен. Сейчас передо мной стоит совсем другой человек — взрослый, уверенный, жёсткий. Настоящий мужчина. Бизнесмен. Строгая короткая стрижка, дорогие часы на запястье, идеально сидящая брендовая одежда. Годы в Лондоне изменили его до неузнаваемости.
Я смотрю на него сейчас — и будто снова проваливаюсь в прошлое. Поймала себя на том, что залипла на его лице, как когда-то давно. Только теперь его взгляд совсем другой. Он пугает. Леденит. Пронзает до костей. Его пальцы всё так же крепко держат моё запястье — не вырваться.
Рада ли я его видеть? Ответ не так прост. Слишком много времени прошло. Слишком многое изменилось. И, если честно, я пыталась не вспоминать о нём все эти годы.
Но жизнь не пожалела меня. Родители погибали в автокатастрофе. Никого не обвинили — отец просто не справился с управлением. В машине был и мой трёхлетний братик. Тим. Он чудом выжил. Но…
Сейчас он смертельно болен. Ему нужна помощь — дорогостоящее лечение. И ради этого я здесь. Здесь — в этом клубе. На этой сцене. В этом унизительном свете прожекторов. Мне нужны деньги. Много. Очень много. Потому что он должен жить. А я обязана сделать всё, что в моих силах.
И я понимаю: мне придётся танцевать. Раздеваться. Даже перед ним. Перед Филиппом.
Хочу я этого или нет…
С горла сжимается спазм. Слёзы уже жгут глаза, вот-вот сорвутся.
Я знаю — он может пожаловаться директору клуба. А директор — его друг. И тогда всё кончено. Меня вышвырнут отсюда в ту же секунду.
— Рада или нет? — повторяет он вопрос, не отпуская меня.
— Филипп…
— Значит — нет? А я, знаешь ли, безумно рад, Софи, — в его голосе сарказм, холод, обида и злость. — Ну что, станцуешь? Раз уж ты здесь ради этого.
— Я… не могу. Только не при тебе. Нет…
— А я чем хуже остальных мужиков, перед которыми ты гнёшься у шеста и раздвигаешь свои шикарные ножки? — его голос становится жестким, ядовитым. — Или они тебе платят сверху — за «продолжение банкета» уже на их территории? Поверь, я тоже могу.
— Филипп, пожалуйста. Не надо так…
— Просто ответь, Софи. Это же так просто, — он выходит из себя, и я вижу, как в глазах его вспыхивает тёмный огонь.
Какое он вообще имеет право спрашивать меня так? Судить меня? Читать морали? Он — мне? Он давно никто в моей жизни. И не имеет права изображать из себя отца или старшего брата. Я — не его собственность. Я — не его девочка.
Это было давно.
— Так что? — он хмурится. — Будешь молчать? Или всё же ответишь, медсестричка? Хватит строить из себя святую. Тебе не идёт. Сейчас ты больше похожа на дешёвую актрису из порно. Надеюсь, хоть этим ты не увлеклась? Хотя судя по тому, что я вижу… — он презрительно усмехается. — Ты давно стала очень плохой.
Его слова бьют сильнее пощёчин. Он по-прежнему держит мою руку, словно железной хваткой. Его взгляд обжигает — тёмный, колючий, полный злости.
— Нет, — я качаю головой, задыхаясь. — Нет… Ты не понимаешь… Ничего такого нет. Я бы не смогла. Филипп… Он же…
— А это смогла? — он указывает на сцену. — Начинается всё с танцев, Софи. Потом — дорога прямая и очень понятная. Ты разве не знала?