— Это не так…
— Мне плевать. Это твоя жизнь. — Он резко отпускает моё запястье. — Возвращайся к шесту. Но держись подальше от меня. Я не хочу смотреть на тебя слишком близко.
Он садится на диван, откинувшись назад, и делает жест в сторону сцены.
— Я жду, Софи. Но моё терпение на исходе. Если не станцуешь — я сделаю всё, чтобы ты вылетела отсюда. Обещаю. Так что будь умницей. И покажи, на что способна.
6 Глава
Филипп
София танцует, изгибается, а я ни о чём другом думать не могу, как о сексе. Танца недостаточно. Хочу завалить её на диван и трахать до тех пор, пока голос не сорвёт от стонов и криков.
Какая же она красивая… Сдуреть можно.
Но Софи не подпустит. Да и я тоже придурок: столько ей наговорил. Не сдержался. Я ей никто, но почему-то захотел немного поучить её жизни.
Но думаю, что она и сама прекрасно понимает, что будет следующим пунктом после таких вот танцев.
Она пластичная, гибкая… Ох, какая у неё спина ровная. И задница упругая. Она уже избавилась от подобия медицинского халатика и сейчас в одном лишь кружевном белье.
Ох, чёрт. Она отсюда точно живой не выйдет. Сто процентов.
Музыка стихает. София выгибается в последний раз и уже тянется к застёжке на бюстгальтере, но я кричу:
— Хватит. Дальше я сам. Подойди ко мне.
На хрена, спрашивается, вообще её просил отходить? Придурок — вот и всё объяснение.
Софи медлит, приказ не выполняет.
Твою мать. Сейчас все предохранители слетят к чёрту, и я сам приволоку её! Неужели не понимает этого?
— Ну? — тороплю её.
Всё же подходит. Умница. Становится лицом ко мне. Да, фигура — бомба. Мне всё нравится. Я уже держусь из последних сил. И за такую красоту я готов платить. Пусть только назовёт сумму. На любую соглашусь. Потому что хочу её себе.
— Повернись спиной, — очередной приказ, и Софи выполняет. Какая послушная. Мне определённо нравится её покорность. В прошлом к ней было трудно подступиться с первого раза — «окучивал» несколько дней подряд, а вот сейчас… совсем другое дело. Очевидно, ей очень сильно нужна эта работа, раз так держится за неё.
Я поднимаюсь с дивана, сам расстёгиваю застёжку и стягиваю лямки с её плеч. Потом швыряю бюстгальтер на пол.
— Расслабься, Соф.
Слышу, как тяжело она дышит, чувствую, как дрожит. Я тоже. И взорвусь сейчас, если не прикоснусь.
Мои ладони ложатся на округлые полушария, сжимают осторожно, не причиняя боли. София замирает. Лишь издаёт глухой стон, когда я зажимаю пальцами соски. Сильнее вжимаюсь в неё своей эрекцией, зарываюсь в изгиб её шеи, продолжая мучить грудь, оттягивать соски пальцами… и завожусь ещё сильнее.
— Филипп…
— Танец мне понравился, но я хочу продолжения, Соф, — сразу признаюсь. Зачем врать? Да и она сама всё прекрасно понимает.
Меня накрыло воспоминаниями. Я могу себе позволить купить её. Пусть только скажет, сколько. Потому что не хочу отправляться домой со стояком в штанах. Другая меня не расслабит. Даже самая элитная проститутка. Просто не встанет. Только на неё — как и было всегда, в прошлом.
Поэтому вижу только один выход.
— Поехали ко мне, — предлагаю хрипло.
Она не отвечает, но отрицательно качает головой.
Да твою мать. Что не так? Не хочет меня? Её дома кто-то ждёт? У неё всё-таки есть любимый?
— Не могу, Филипп. Мне нужно домой.
Чёрт. Я так и знал. Но это меня не остановит. Поздно. Я завёлся не на шутку. И ей лучше с этим смириться. Принять.
— Соф… — я резко разворачиваю её к себе лицом и, без предупреждения, целую. Потом подхватываю за бёдра и вместе с ней валюсь на диван.
Никакого «домой». Не сейчас. Сначала мы трахнемся. А потом я сам её отвезу. Обещаю.
— Я хочу тебя. Сдохну, как хочу, Соф. Пожалуйста, не отталкивай, — рычу, отрываясь от её губ, а она давит ладонями мне в грудь и шепчет: