Лика напряглась, как натянутая струна. Еще одно его движение – и ее разорвет.
Она вырвалась и повернулась к нему лицом.
- Я так понимаю, что нет? – сверлил ее взглядом он.
- Наша сделка с вами разорвана. Мне больше не нужны ваши деньги. Поэтому… поэтому не выходите, пожалуйста, за рамки рабочих отношений.
- Не нужны деньги? А как же операция твоей сестры?
Лика скрестила руки на груди.
- Ваши деньги мне больше не нужны.
- Дай-ка угадаю, не нужны, потому что получила их от другого. Не от Богдана ли?
- Вас это не касается. Я расторгаю сделку.
- Я же велел тебе оставить сына в покое.
Его тон стал грубым. Он чуть ли не рычал, выбрасывая слова одно за другим.
- Ваш сын здесь не причем. Я буду сама оплачивать лечение Вики. Без вашего участия.
Курасов смерил ее тяжелым взглядом.
- Если я узнаю, что ты вмешала в дело Богдана. Если это от него ты получила деньги, у тебя будут большие неприятности. Ты поняла меня?
Лика тяжело сглотнула. Тело прошила дрожь. Слишком много переживаний за сегодня.
- Играть с собой я не позволю, - погрозил он ей пальцем. – Так что одумайся, пока не поздно, и иди сюда.
Курасов шагнул к ней и прижал к себе. Уткнулся носом в шею.
- Перестаньте, - Лика двинула локтем, вырываясь. – Я же сказала, что расторгаю сделку.
Она подбежала к двери и повернула ключ, открывая ее.
- Это не тебе решать, - прилетело ей в спину.
Схватив телефон, Лика выбежала в коридор, отошла как можно дальше от приемной и набрала Богдана. Он ответил после второго гудка.
- Ты обещал, что поговоришь с отцом, - дрожащим голосом начала она вместо приветствия. – Ты и здесь соврал?
- Что случилось? Он приставал к тебе?
- Да, я сказала ему, что больше не возьму его деньги, а он начал угрожать и…
- Я с ним поговорю, не волнуйся.
Богдан произнес это уверенным тоном, но Лику накрыло плохое предчувствие. На короткий миг она пожалела, что помчалась ему звонить. Не вышло бы хуже. С другой стороны, и других выходов она не видела.
- Только… можешь не говорить, что дал деньги на операцию? У меня ощущение, что твоего отца этот момент больше всего цепляет.
- Хорошо, - он помолчал. – Он ничего тебе не сделал?
- Нет.
- Точно?
- Точно, он больше злился и угрожал.
- Все, понял, разберусь.
Только Лика скинула вызов, как позвонила мама. Сердце пропустило удар.
- Лика, солнышко, все хорошо. Операция прошла успешно, - послышался радостный голос.
Лику в момент отпустило. Новость бальзамом пролилась на душу.
- Как хорошо, - прошептала она.
- Да. Викуля пока очень слабенькая, но врач сказал, это нормально после серьезной операции. И…
- Что?
- Ей будут ставить капельницы. Они платные. Там какие-то очень дорогие лекарства. Дня через два-три нужно будет перевести еще.
Лика на секунду прикрыла глаза. Операция прошла успешно – это главное. Остальное не имело значения.
- Я пришлю тебе потом сканы документов. Ты посмотришь и…
- Да, мам, конечно. Не волнуйся, все хорошо.
В приемную Лика зашла в приподнятом настроении. Ее немного знобило, и сердце заходилось в неровном ритме, но это лучше, чем ее состояние до новостей о Вике.
- Ты где ходишь? – встретил ее с хмурым выражением лица Курасов. – Обед пять минут как закончился.
- Извините, - Лика села за стол.
- Подготовь протоколы к двум прошлым совещаниям. Так, я через полчаса проверять ход ремонта вокзальной площади. На работу уже не вернусь, так что все встречи на завтра.
- Хорошо.
Курасов хмыкнул и, неодобрительно качнув головой, скрылся в своем кабинете.
* * *
Богдан зашел в комнату отца. Пересек границы его личной территории, вход на которую не поощрялся, даже если ты член семьи. Здесь отец отдыхал и работал. Здесь он проводил большую часть времени, когда находился дома.
- О чем хотел поговорить? – бросил на него быстрый взгляд отец. Перед ним на столе лежала толстая папка с документами, которую он листал.