- Тебе не стыдно? У тебя же полно любовниц. Что ты до нее докопался?
Богдан осекся. Страшная мысль поселилась в голове. Могло ли быть так, что отцу нравилась Малинина? Мог ли тот хотеть ее, как он, желая всецело владеть ею?..
Жесткие пальцы отца вцепились в его подбородок и сжали щеки.
- Это не твоего ума дело, Богдан. Если думаешь, что я одобрю твои отношения с ней, ошибаешься. Никогда этого не будет.
Богдан мотнул головой, сбрасывая его пальцы.
- А мне не нужно твое одобрение. Я предупредил тебя.
- И я тебя. Предупредил, - в глазах отца зажегся опасный блеск. – Не думай, что я не вижу, что это твоя очередная блажь. И я не позволю тебе рушить свою жизнь из-за этого. А теперь пошел вон отсюда.
- Я серьезно, пап. Оставь ее.
- Пошел вон.
- Ты должен пообещать, что…
Кулак отца с силой опустился на скулу Богдана. А через секунду тот замахнулся снова. Богдан перехватил занесенную руку. Скулу обожгло болью.
- Поговори мне еще, щенок. Из-за девки какой-то…
С минуту они буравили друг друга взглядами.
- Ты хочешь ее? В этом дело?
Отец с силой оттолкнул его.
- Пошел вон.
Богдан усмехнулся. Его разрывали обида и злость.
- Значит, я прав. Тогда ты тоже держись от нее подальше.
С этими словами он вышел из комнаты.
Его трясло, словно в лихорадке.
Разговор прошел совсем не так, как он планировал.
* * *
Лика собиралась на работу, когда ей позвонил Александр Курасов. Сердце тревожно сжалось. Что еще плохого он скажет?
- Где ты сейчас?
- Дома.
- Буду у твоего подъезда минут через десять. Выходи и садись в машину.
Лика так и застыла посреди комнаты. Это что-то новенькое. Как прошел, и состоялся ли вообще, разговор Богдана с отцом, она не знала. Сам Богдан молчал, а она так и не решилась спросить.
Выйдя из подъезда, Лика испытала еще одно разочарование. Она думала, что Курасов подъедет за ней на служебном автомобиле и при водителе не позволит себе лишнего. Но во дворе стояла его личная машина, а, значит, он намеренно хотел встретиться без свидетелей.
Плохо.
Лика села рядом с Курасовым и закрыла дверцу.
- У меня был разговор с Богданом. То, что он мне сказал, меня категорически не устраивает, - сказал он. – С моим сыном ты крутить не будешь. И расторгнута наша сделка или нет, решать не тебе. Я ее предложил, на моих условиях и прекращать.
- Что? – опешила Лика. Она машинально схватилась за ручку дверцы. – Что вы имеете в виду? Что вам сказал Богдан?
- Убери руку. Дверь все равно заблокирована.
- Что вы себе позволяете?
- Ничего из того, что не могу себе позволить. Я не могу допустить, чтобы Богдан сходил с ума из-за тебя. У него скоро свадьба с Анжелой, так что не думай, что он женится на тебе.
Лика прикусила губу. Богдан сказал ей, что расстался с Анжелой. Очередной обман.
- Я не собираюсь замуж за Богдана.
- Но ты уже тянешь из него деньги и спишь с ним. Вот скажи, - он повернулся к ней. – Чего тебе не хватало? Зачем ты прицепилась к Богдану?
- Я к нему не цеплялась.
- Но мой сын пришел ко мне вчера и потребовал, чтобы я оставил тебя в покое. Твоих рук дело, верно? А ты хорошо постаралась. Я не ожидал.
Курасов ухватил ее за подбородок.
- Но мне даже стало интересно.
- Отпустите меня.
- Теперь ни за что. Наша с тобой сделка продолжается.
- Нет.
- Да, Лика, да.
- Вы не можете…
Его пальцы вцепились в ее горло.
- Еще как могу. А с Богданом ты больше не увидишься, поняла? Если придет, прогонишь. Не волнуйся, платить я тебе продолжу. А ты выполняй свою часть сделки.
Лика ухватилась за руку, сжавшую ее горло, и с силой отцепила ее от себя.
Сердце готово было вырваться из груди, в висках раздавалась пульсация. Это не может происходить с ней.
- Это насилие. Вы не можете меня заставить.
- Я тебя не заставляю. Напомню, мы заключили сделку.