Отец хмуро смотрел на него.
- С Малининой я больше не увижусь. Тот раз в приемной, когда я ее увел, был последним. Но и ты отпусти ее.
По щеке Богдана скатилась слеза. Последний раз он плакал в пятом классе. Тогда его втянули в драку на одной из перемен, а классная руководительница обвинила во всем его. От злости и несправедливости Богдан ревел тогда, размазывая слезы по щекам. Сейчас он прослезился от переполнившей его боли и отчаяния, от невозможности быть услышанным и понятым в тот миг, когда это так ему необходимо.
Перед глазами встала уставшая осунувшаяся Лика. Их прощальные объятия и поцелуй.
Взгляд отца сделался недоверчиво-удивленным. Богдан продолжил.
- Мы оба обидели ее. Очень сильно. Она не заслужила такого. Хватит ее мучить. Пожалуйста. Отпусти ее.
Отец встал из-за стола и подошел к нему. Положил руку на его плечо, сжимая.
- Ты это серьезно сейчас, Богдан?
Он кивнул.
- И ты не будешь с Ликой? Просто хочешь, чтобы я отпустил ее?
- Да.
Отец мучительно долго вглядывался в его лицо, прежде чем ответить:
- А она и правда удивительная. Хорошо, - он хлопнул Богдана по плечу. – Пойдет. Но запомни, что ты сейчас сказал. Не я тянул тебя за язык.
Богдан недоверчиво смотрел на него. Он отпустит ее? Тут же хлынуло облегчение. А потом пришло горькое осознание. Ему придется жениться на Анжеле и дальше работать там, где хотел отец. И он никогда, скорее всего, больше не увидится с Ликой.
* * *
Лика собирала вещи. Последний рабочий день. К радости примешивалась щемящая грусть. Как бы ни было ей плохо в последние недели, но все же она отработала здесь достаточно, чтобы привыкнуть к месту и людям вокруг.
Она прибралась на столе и полила последний раз расставленные на подоконнике цветы. Галина Александровна уже сказала ей напутственные слова, пожелав удачи.
Из кабинета вышел Александр Курасов, и Лика еле ощутимо вздрогнула. Так и не отучилась, хотя все две недели ее отработки тот вел себя подчеркнуто вежливо и одновременно отстраненно.
«Сделка расторгнута по обоюдному, как я понимаю, согласию. Никакие деньги мне возвращать не нужно. Хочешь уволиться – вперед. Держать не стану. С этого момента наши отношения переходят в рамки чисто деловых», - так он сказал ей на следующий день после того, когда Богдан ворвался в приемную и увел ее с собой.
Лика не поверила своим ушам. Просто смотрела на Курасова и моргала.
Теперь она могла спокойно уволиться, не боясь преследований и требований вернуть деньги. Какое облегчение.
- Я на совещание, - сказал Курасов, глядя на Лику. – Вернусь поздно, после пяти. Ты уйдешь ровно сегодня?
Она кивнула. После пяти вечера здесь ее больше ничего не держит.
Лика ждала, что Курасов развернется и уйдет, но он медлил, не сводя с нее взгляда, и это немного напрягало.
- Нашла уже работу?
Лика кивнула. Она не могла себе позволить уйти в никуда и перед увольнением разместила резюме на сайтах с вакансиями. На удивление ответ пришел довольно быстро. В одну фирму срочно требовался юрист. Парочка тестов, собеседование – и ее уже ждут на новой работе. А зарплата даже больше, чем была здесь.
- Ну, удачи тебе. Будь счастлива, - помолчав, сказал Курасов. – И желаю твоей сестре выздоровления.
- Спасибо, - Лика опустила глаза.
Немного странно было слышать такие слова от того, кто недавно буквально не давал ей прохода и изводил ее. Что ж, со временем она отпустит эту ситуацию и забудет как кошмар.
Курасов уже был в дверях, когда неожиданно обернулся.
- Благодари Богдана, - буркнул он и вышел.
Лика потрясенно замерла. Она не ослышалась? Все-таки это заслуга Богдана, а не жест доброй воли его отца?.. Тогда что же он сделал? Как ему удалось уговорить отца?
У нее затряслись руки, когда она набирала Богдану сообщение. Несколько раз стирала и перепечатывала заново. После нескольких провальных попыток поняла, что в принципе не знает, что написать. Да и нужно ли вообще? В тот вечер он точно с ней прощался. Теперь у нее не было в этом сомнений. Как-то она даже зашла на страничку Анжелы. Последнее их совместное фото с Богданом датировалось месячной давностью. Но это все равно ничего не значило.