Та кивнула.
- Вика, помоги мне отнести корзину в комнату, пожалуйста, - сунув открытку в карман домашних брюк, Лика наклонилась к корзине.
Вместе они дотащили цветы до гостиной, где водрузили на самое почетное место.
- Точно все в порядке? – улучив момент, шепнула Вика. – У тебя было такое лицо, когда ты прочитала открытку.
Лика отрицательно покачала головой. Но Вика смотрела слишком внимательно, личность отправителя такого шикарного подарка ее явно заинтриговала.
- Все хорошо. Викуль, пожалуйста, не забивай голову ненужными мыслями, ладно? Мама права. Раз он пожелал не называть себя, пусть так и будет.
Вика пожала плечами.
- Ладно. Просто не хочу, чтобы ты расстраивалась.
- Я не расстроена. Наоборот. Мне очень приятно. Смотри, какие красивые розы.
- Это точно.
- Такие же красивые и яркие как твой браслет, - улыбнулась Лика и шутливо подтолкнула сестру в плечо.
* * *
Богдану понравилось быть незримым помощником. Раньше он, делая что-то, ждал и обратную связь, а если не получал, внутри оставался неприятный осадок. Сейчас Богдан сам себя не узнавал. Он помогал втайне Лике Малининой и все, чего хотел сейчас, это чтобы она приняла эту помощь. Чтобы ей действительно в чем-то стало легче.
Решение сделать подарок на ее день рождения пришло спонтанно.
Лику и без него найдется, кому поздравить. Но почему-то он не смог проигнорировать ее день рождения.
Сначала Богдан не хотел оставлять даже открытку. Если узнает, то может выбросить подарок. Или начнет думать, что ему что-то от нее нужно. А Богдан лишь хотел, чтобы она не держала на него зла и была в порядке. Конечно, не все так просто. Внутренности сводило, и моментами к нему подступали злость и отчаяние. В такие периоды хотелось выть от невозможности быть с ней. Хотелось снова касаться ее кожи, вдыхать аромат волос и целовать губы. Хотелось всего и сразу, но он одергивал себя усилием воли.
Пусть просто живет хорошо.
Он хотел, чтобы она поняла его намерения, поэтому и оставил в итоге открытку с поздравлением. Где-то в глубине души прошлый Богдан эгоистично требовал, чтобы Малинина узнала, от кого подарок, и что он помнил, какие у нее любимые цветы и парфюм. И что ему было не все равно до сих пор. Несмотря ни на что.
То, что он написал ей в открытке, больше похоже на прощание. Так и есть. Скорее всего, их пути уже никогда не пересекутся.
Пора отпустить ее.
* * *
Вик закинул руку на плечи Богдана.
- Ты уснул или как?
Вздрогнув, Богдан бросил на друга недовольный взгляд.
- Что не так?
- Да все не так, - Вик убрал руку и повернулся к нему с недовольным лицом. – Сам же на меня наезжал, что мы стали редко тусоваться, а сейчас, когда я в кои-то веки выбрался с тобой в бар, ты сидишь с кислой рожей и не реагируешь.
- Не свисти, - Богдан поднял свой стакан с виски. – Просто задумался.
- Ага, на несколько минут так завис конкретно, - Вик придвинулся ближе. – Тебя жрут какие-то мысли. Что там у тебя? Рассказывай.
Богдан отпил немного и, нахмурившись, уставился на барную стойку. Вик не знал о его встрече с Ликой и о разыгравшейся между ними драме, в которую вмешался и его отец. Что его мир нехило так тряхнуло, а внутри него самого что-то изменилось из-за этого. Вик знал только про окончательное и бесповоротное расставание с Анжелой, его новую работу и затянувшиеся контры с отцом.
- Не хочешь – не надо, - с обидой в голосе произнес тот и отодвинулся. – Вообще-то я помочь хотел.
- Да нормально все. Просто загрузился немного. По работе дел много, да и так, - отмахнулся Богдан.
- Ясень пень, что много, но ты давно хотел быть адвокатом, нет? Твоя мечта, наконец, осуществилась.
- Можно и так сказать.
- Из-за отца, значит, паришься?
- Вик, - посмотрел на друга Богдан, но тот упрямо мотнул головой. Не отстанет. – Ладно, фиг с тобой. Да, я немного в напряге из-за… Малининой.
Вик растерянно моргал пару секунд.
- Чего-чего? Той самой Лики Малининой? Подожди, а она тут каким боком? Вы что, снова мутите?
Богдан вздохнул и вкратце поведал Вику о неожиданной встрече с Ликой. На моменте, когда речь зашла про отца и то, что тот сделал, он замялся. Все же непросто о таком было говорить, пусть даже и лучшему другу. Богдан не мог принять поступок отца, но и сам оказался едва ли лучше, заставив Лику спать с собой.