- Раз уж за это время никого лучше мы с тобой не нашли, так, может, и тянуть больше не стоит? – Анжела перебирала пальцами его волосы, и от этих легких касаний бежали мурашки. – Наши родители давно хотят нас поженить. Так, может, осчастливим уже их?
- Может, - Богдан прикрыл глаза. – Но я хочу, чтобы наши отношения оставались такими же, как сейчас.
Она помолчала.
- Они такими и останутся.
Врала. Но с другой стороны, к ней он уже привык и научился обходить острые углы. И родители успокоятся, наконец. А для него брак все равно ничего не изменит. Не нашли никого лучше… Лучше могла быть, пожалуй, любовь, но Богдан терял в нее веру.
- Ну, тогда… - он посмотрел на нее. – Как насчет, например, месяца через два?
Анжела посмотрела на него с недоверием, но ее лицо в момент вспыхнуло.
- Согласна.
* * *
На улице стояла жара. Начало июня выдалось удушливым и знойным. В здании городской администрации было прохладно и сумрачно: солнечный свет скрывали жалюзи, а в зале, где они собрались на рабочее совещание, на полную мощь работали кондиционеры.
Обсуждали итоги реализации очередного федерального проекта, посвященного чистой воде, которой в городе как не было, так и нет. Богдан наблюдал за отцом. Тот держался с непоколебимой уверенностью. Должность мэра ему шла, будто дополнительный заряд энергии получил. Может, это первое время, пока эйфория от занятого поста не утихла, Богдан не мог сказать точно. В чем был уверен лично он, так это в том, что должность заместителя начальника областного департамента экологии и природопользования ему не зашла. На это место его протолкнул отец, подключив связи. Место было вакантным, Богдан на тот момент отработал в департаменте чуть больше трех лет и недавно перешел на начальника отдела, но для тех, у кого есть блат, этого оказалось достаточно. Руководитель департамента относился к нему по-отечески, некоторые коллеги смотрели с неодобрением и завистью. Выскочка, блатник, мажор – как только его не называли, шепчась по углам. Поддерживали в основном девушки, работавшие в департаменте, но и то только потому, что видели в нем потенциального мужа, ну, или любовника, за которого могли ухватиться.
Вся эта шумиха вокруг него Богдана ни капли не напрягала. Раздражало место, где он работал, и должность, которую занимал. Ему не нравилось ни то, ни другое. Продолжать отыгрывать роль достойного наследника Курасовых становилось все сложнее.
После совещания отец подошел к нему.
- Что там с контрактом на ликвидацию свалки?
Мимо них спешили к выходу участники совещания. Девушка-секретарь собирала со столов таблички с именами присутствовавших. Отец огляделся и тише произнес:
- Поговорим у меня в кабинете. Пошли.
Они поднялись на этаж выше и направились к приемной. Отец шел впереди, Богдан с руками в карманах брюк и папкой с документами под мышкой, следом. Пол устилала ковровая дорожка, а на стенах висели картины. В некоторых кабинетах были открыты двери, и оттуда доносились тихие голоса работников.
Из приемной выплыла полная женщина с короткими платиновыми волосами, кольцами-серьгами в ушах и в широкой светлой блузе и черных брюках.
- Александр Николаевич, я там вам оставила папку с распоряжениями на подпись, - улыбнулась она отцу Богдана.
- Галин Санна, вы что же, сами теперь за секретаря? Документы на подпись носите.
- Да ну, что вы, мне несложно, - махнула рукой она, на пальцах блеснули перстни. – Чем Маринку десять раз гонять, сама лучше пройдусь. Да и Лику проведала заодно.
Знакомое до боли имя ударило по ушам. Сердце пропустило удар. Богдан нахмурился. Не думал услышать это имя, да еще и здесь.
- Ну, ясно-ясно. А это сын мой, Богдан.
- Очень приятно, - посмотрела на него она.
- Богдан, это Галина Александровна, начальник управления делами, и мой главный помощник во внутрянке администрации.
- Взаимно, - Богдан еще был оглушен знакомым именем, сам удивляясь такой острой реакции. Все прошло и переболело, и, вдруг, внутри целая буря.
- Ладно, я побежала. Александр Николаевич, там парочка срочных документов. Посмотрите сразу, пожалуйста. Заранее благодарна!