На лице отца мелькнула улыбка. Он распахнул дверь, и они зашли в приемную.
Богдан бросил взгляд на сидевшую за столом девушку и замер. Он не верил глазам. Это невозможно. Это гребанный сюр, его больная фантазия – что угодно. Это нереально. Но за столом сидела она. Лика Малинина.
Богдана кинуло в жар, а сердце сделало кульбит. Она подняла на него свои дикие карие глазищи, и его разнесло. Этот ее взгляд. В карих глазах шок и узнавание в начале, а потом что-то, похожее на страх. Богдана словно дробовиком изрешетили прямо на месте. Он забыл, как дышать. Просто стоял и смотрел на нее во все глаза.
- Пока мы с Богданом, ко мне никого не пускать, - словно сквозь вату донесся до него голос отца. – Да, кстати, это мой сын Богдан. А это Лика, моя помощница.
Ноги словно приросли к полу, Богдан не мог сдвинуться с места. Все быльем поросло, он был уверен, но вот они встретились, и произошел не хилый такой сбой. Отец уже открыл дверь в кабинет, собираясь зайти, но остановился, посмотрев на Богдана.
- Ты идешь?
Малинина моргнула два раза подряд и опустила глаза, уткнувшись в бумаги на столе. Богдан скривился. Ну, конечно. Будет делать вид, что они встретились в первый раз. Значит, и он поступит так же.
Богдан зашел следом за отцом в кабинет и, пока они говорили о работе, его мысли то и дело возвращались к Малининой. Успокоиться не получалось. Она сидела за стенкой, в приемной, равнодушная и спокойная, пока он сходил здесь с ума. Нет, ему же не показалось, она испугалась, увидев его. Интересно, почему.
- Богдан, ты в порядке? – резкий голос отца ворвался в его мысли.
- В полном.
- Тебе нужно быть собраннее. Ты как будто в облаках витаешь.
- Тебе кажется.
- Надеюсь. Ты все понял, что я тебе сказал? Информацию можешь скинуть мне на почту.
- Хорошо. Это все? Я могу идти?
- Да, давай.
Сердце заколотилось быстрее, когда Богдан вновь оказался в приемной. Малинина сидела за столом, уткнувшись в компьютер. На него даже не взглянула. Плевать, она его больше не интересует. Да и раньше не интересовала. Ну, да, он хотел ее, он ее добился, получил свое, а потом его затянула зависимость. Сейчас он освободился. Шесть лет прошло, глупо было бы продолжать думать о ней. Нет, конечно, нет. Эмоции вспыхнули, потому что встреча была неожиданной. Они долго не виделись, и, вдруг, снова столкнулись почти нос к носу.
Богдан был уже на втором этаже, когда его осенило. Пришел он сюда с папкой, полной документов, а сейчас в руках у него ничего не было. Забыл на столе в кабинете отца. Злясь на собственную рассеянность, Богдан повернул обратно. Все, пора завязывать с ненужными мыслями об этой высокомерной суке.
В приемной никого не было. Так даже лучше. Богдан рванул к двери и без стука ворвался в кабинет отца.
- Забыл папку у тебя…
Богдан так и замер на пороге, не договорив. Отец был не один. С его колен вскочила Малинина, а сам он торопливо пододвинулся в офисном кресле к столу. Положил руки на стол и, нахмурившись, посмотрел на Богдана. Малинина встала рядом и скользнула руками по юбке, одергивая ее. Почти незаметный, еле уловимый жест, но Богдан увидел. Ее лицо покраснело. Она поправила волосы и уставилась в пол.
- …на столе, - закончил дрогнувшим голосом Богдан.
То, что он увидел. Ему ведь не показалось? Явное смущение Малининой. Делано строгий вид отца.
- Что? А, папку. Да, вот она лежит, - указал на нее отец. Он казался спокойным, будто ничего не произошло. И все же что-то было не так.
Богдан подошел к столу и машинально взял папку. В висках пульсировало.
- Давай внимательнее. Ты сегодня слишком рассеянный.
Богдан смотрел на Малинину, а та упорно отводила взгляд. Ее лицо стало пунцовым.
- Это все, Богдан? – в голосе отца послышалось раздражение.
- Да, - продолжая смотреть на Малинину, откликнулся он. Перевел взгляд на отца. Тот побарабанил пальцами по столу. – Да, это все. Пойду… тогда.
То, что он увидел, не могло быть правдой. Она не сидела на коленях у его отца. Только не Малинина. Хотя почему нет? Он еще шесть лет назад убедился, что она вовсе не такая, какой пыталась казаться. Почему бы ей не закрутить с мэром?
Богдан сжал кулаки, тело прошило злостью. Работники администрации, попадавшиеся ему навстречу, шарахались в сторону. Да, видок у него должен быть тот еще. Лучше его сейчас не трогать никому, иначе хана. Перед глазами продолжала стоять картина: Малинина вскакивает с коленей его отца, а тот поспешно придвигается к столу. Может, конечно, все не так, и ему просто показалось, вот только верилось с трудом.