Миллер ещё пару секунд помолчал, а потом отдал приказ:
- В машину ее.
Все вокруг завертелось, когда меня снова потащили. Холодный воздух залетел под полы пальто и меня обдало морозом. Как только я оказалась на заднем сидении БМВ, сразу оглянулась: в этой машине было ещё больше электроники, чем в предыдущей. Лишь бы не свернули с маршрута, лишь бы Вадик не подвёл…
На этот раз внутри оказалось только трое. Водитель, главарь и охранник, который сел рядом со мной на заднее сидение и оскалился в улыбке, показав только что сделанные белоснежные зубы. Холеные, законопослушные бандиты. Если бы надо мной не нависла смертельная угроза, рассмеялась бы.
- Прямо, - коротко бросил водителю Миллер и уткнулся в телефон.
Делает вид, что ему все равно, что я – мусор, который они выносят «мимо проходя». Незначительная загвоздка между очень важными делами.
Взглянула в переднее зеркало, пытаясь уловить отражение законного убийцы, отнимавшего жизни за деньги. Уверена была, что Миллер убивал для удовольствия, а не ради высшей цели.
Но в отражении я увидела только свой взгляд. Словно зверь, Миллер почувствовал мое намерение и поднял голову. Наши взгляды встретились в зеркале. У такого как Миллер глаза на затылке. Чтобы выжить на войне, нужны чутье, интуиция, охотничий инстинкт. Все это с лихвой умещалось в этом мужчине. Мне нужно будет сильно постараться, чтобы сбежать. Но он сказал «прямо», значит, мы не свернули с маршрута. Ну же, Вадик…
- Эй, красавица, тебя как сюда занесло-то? - беспечно осведомился лысый бугай, который развалился рядом со мной на заднем сидении.
Он был пристегнут, как и все в машине, в том числе и я, в том числе и Миллер. Такие правильные, что тошнит. Но это не мешает им запугивать людей и давать взятки за разрешение на строительство. «Поощрительный грант» местному чиновнику на развитие социальной инфраструктуры района, чтобы он выбрал именно их фирму. Естественно, этот грант не увидел ни один спальный район нашей большой и необъятной... олигархи и монополисты, которые душат мелких честных предпринимателей.
Повернула голову, заставив себя вымученно улыбнуться. Получилась натянутая, неестественная улыбка.
- Знаешь Робин Гуда? – спросила я мордоворота, глядя ему прямо в глаза.
- Это который грабил богатых и отдавал бедным?
- Это тот, который брал у людей то, что они не заслужили.
Мордоворот усмехнулся, но ответить ничего не успел.
- И сколько же деток ты спасла, разоряя богатых? – нарушил молчание Миллер, разрезав пространство спокойным басом.
Его слова воцарили в машине гробовую тишину. Миллер вернулся к дисплею своего смартфона, всем своим видом показывая, насколько ему все равно. Мордоворот тут же заткнулся, водитель убавил музыку, которая и без того была тихой. В салоне появился тягучая, давящая атмосфера.
Отчаянно не хотела отвечать, не хотела иметь ровно ничего общего с этим отвратительным человеком. Но тяжелая, удушающая тишина навалилась на плечи такой тяжестью, что слова сами подступили к горлу. Да, я боялась его, и это было заметно невооруженным глазом, сколько бы я не храбрилась. Не знаю почему, но было ощущение, если не ответишь прямо сейчас, вот в эту же секунду, случится непоправимое. Что любое недовольство Андрея Миллера в твою сторону оставит в груди огромную дыру. Такой характер имеют только тяжелые, властные натуры, которые могут задавить любую волю одним своим присутствием... я знала, что Миллер доставал информацию из самых талантливых молчунов. Я отчаянно не хотела оказаться в их числе.
- Больше, чем это сделали вы, - мне пришлось все же ответить, сделала я это максимально холодно. – Сейчас модно заниматься благотворительностью, чтобы показать, какие вы хорошие. Но «МиллерИнвестСтрой» не потратил ни копейки даже на показушную благотворительность. Приходится заставлять его делиться насильно.
Я помогала детям, и приютам, и много ещё кому, но деньги корпорация тут были ни при чем. Я не крала их. Я сливала информацию правоохранительным органам и придавала огласке.
- Никогда не любил крыс, - ледяным, отстраненным тоном ответил Андрей. – Он всегда грызут то, что им не принадлежит.
- Вор взял чужую вещь и уже решил, что она его по праву, - стараясь оставаться спокойной ответила я. - Так кто из нас крыса?
Пауза… долгая… мрачный, тяжёлый вайб, идущий от Андрея Миллера усилился десятикратно. Я чувствовала, как его злость превратилась в тысячу черных ножей, но он не подавал виду, оставаясь все таким же спокойным… убийственно спокойным. Такие люди не просто опасны… нужно бежать сразу, как только видишь их на горизонте. Они сметут все препятствия на своем пути молча, оставаясь совершенно невозмутимыми…