Я остановился прямо у нее под носом, дав взглянуть на свои начищенные ботинки.
- Не бойся, я не натоптал, - спокойно сказал, заметив, как Фартовая фыркнула при виде уличной обуви там, где она только что протёрла.
- Мы не в Америке, чтобы в обуви дома ходить, - проворчал она, а мне стало смешно.
- У меня большой дом, мне что, ходить по нему в носках?
- А что такого? – Надежда задрала голову, показав вспотевшее, уставшее лицо.
Пряди волос прилипли к коже, она раскраснелась от долгой работы, но глаза все равно оставались колкими. Красивая…
Не нравлюсь я ей. Нет, не так. Она меня ненавидит.
- Думается, это мой дом, и правила в нем устанавливаю я, - спокойно ответил, опустившись на корточки, чтобы сравняться с Надеждой взглядами. – Или ты снова хочешь дать немного советов, как мне лучше жить?
- Разве это были плохие советы? – спросила она.
Хм… она снова играет на моих нервах. Нет, она не дерзит, просто задаёт правильные вопросы, которые я и сам себе иногда задаю. Как она это делает? Как она может так глубоко пробраться ко мне в нутро?
- Может, и хорошие советы, но кто ты такая, чтобы я тебя слушал? – склонил голову на бок, наслаждаясь ее эмоциями, ее усталым недовольством.
- Разве нужно быть кем-то важным, чтобы послушали твои полезные советы? – спросила она. – Вы можете выполнять их и по собственной воле. Например, перестать воровать.
- У кого?
- Для начала, у государства, - ответила Фартовая, намекая на уход от налогов нашей фирмы.
Я немного подался вперёд, ведомый желанием прикоснуться к ее лицу. Это был сиюминутный порыв, впервые за много лет я поддался эмоциям. Всегда умел контролировать их, и иногда мне самому казалось, что я превращаюсь в простой механизм, лишенный чувств. Но сейчас… мне хотелось прикоснуться к ее нежности, ее недовольству, ее непониманию и ненависти ко мне…
Надежда резко метнулась назад, уходя от соприкосновения со мной.
Вдруг послышался треск ткани – платье разошлось на ее бёдрах, показав кружево чулок. Девушка ахнула, схватившись за юбку и пытаясь остановить дальнейшую катастрофу. Ткань расходилась по шву, наровя открыть бедра полностью.
Я резко встал.
- Закончи работу, - бросил я, быстро удаляясь в свой кабинет.
За спиной я услышал облегченный вздох. Правильно. Она даже не подозревает, как ей повезло, что я ушел сейчас…
Вошёл в кабинет, закрыл за собой дверь… помедлил немного, будто размышляя, что мне делать дальше. На самом деле я прекрасно знал, что хотел сделать сейчас.
Сел за рабочий стол и открыл ноутбук. Подключился к камере, которая контролирует зону лестницы.
Она всё ещё была там… доделывала свою работу. Разозлившись, что юбка слишком узкая для ее бедер, Надежда задрала ее, чтобы ничего не мешало. Перед этим она внимательно оглянулась, чтобы посмотреть, нет ли кого из охранников поблизости, или меня… никого не было, да вот только я прекрасно видел все на удалёнке.
Приблизил картинку, чтобы видеть все крупным планом. У Фартовой были добротные, широкие бедра и соблазнительный зад. Вкупе с тонкой талией ее фигурка статуэтки выглядела максимально женственной.
У меня встал. Впрочем, мой член сделал это уже давно, с тех самых пор, как я увидел Фартовую кверху задницей.
Да, я хотел ее, хотел до боли в паху – глупо было это отрицать. И я мог ее взять. Прямо сейчас, прямо там, на этих мраморных ступенях, и никто бы не возразил мне.
Но я не мог переступить через себя, да и не хотел. Брать силой женщину, которую хочешь – удел слабых мужчин.
Такое мнение бытовало в армии, и я был с ним согласен. Не собирался поступаться своими принципами только из-за своей похоти.
Но кое-что мне было всё-таки доступно. Когда Надежда ещё выше задрала юбку, обнажив кружевные тесемки на черных чулках, я расстегнул ширинку. Когда я думаю о Фартовой, у меня всегда стоит колом, ну, а когда я вижу ее…
- Ррр… - буквально прорычал я, не стесняясь в собственных движениях ладонью.
В эти моменты я давал своей фантазии волю, делая с Фартовой самые пошлые и развратные вещи. И не отрывал глаз от экрана ни на секунду, достигнув пика тогда, когда Фартовая устало откинулась на ступеньки, полностью обнажив свои бедра.
- Д-даа, - прорычал я, пачкая семенем дорогую рубашку и костюм. – Фуф…
Пришлось откинуться на кресло, чтобы отойти от этого умопомрачительного оргазма. Давненько у меня такого не было… я уже и не помню, когда так кончал. Если только по бурной молодости, когда ещё не отправился на войну.