– Динара…
Понятия не имею, что Фильфиневич ей собирается говорить. Внутри меня поджигается фитиль. Выкинув руку, вцепляюсь богачке в волосы. Стягиваю визжащую курицу с шезлонга и сваливаю ее в бассейн. Дождавшись, когда она вынырнет, следом стакан с остатками ром-колы бросаю.
– Ваш коктейль, мисс, – тяну нараспев.
И не дожидаясь реакций, с колотящимся сердцем захожу в дом. Взлетев по лестнице на второй этаж, забегаю в ванную и хватаю в руки моющее средство. Брызгаю им на одну из стен и остервенело тру кафель тряпкой.
«Что я натворила? Что я натворила? Что я натворила?» – паникую мысленно.
По лестнице грохочут шаги.
Боже!
Сдавленно сглатываю.
На площадке топот, ожидаемо, становится тяжелее и громче.
Раз, два, три… Господи!
– Ты, блядь, охренела?! – рявкает разгневанный Люцифер с порога.
Шандарахнув дверью, буром на меня прет.
Я направляю на него распылитель и, выжав механизм, брызгаю лимонным очистителем прямо ему в лицо. Прижимая к глазам пальцы, Фильфиневич что-то горланит на матерном.
А затем…
О-о-о, Боже! Он бросается ко мне!
Вырвав из моих рук моющее средство, швыряет его в сторону. Хватает меня за косы, на кулак их наматывает. Агрессивно дергает к себе.
С треском лбами сталкиваемся.
– Какого хуя ты себе, блядь, позволяешь?!
Рожа у Люцифера свирепая. В глазах тьма. Мускулы на лице от ярости пляшут.
– Защищаюсь! – кричу в ответ.
Стискивая зубы, пытаюсь уйти в сторону. Однако Фильфиневич тянет обратно и с силой прикладывает меня головой о стену. Я рычу от боли и злости. Вскидываю колено, чтобы зарядить ему по яйцам. Длинное полотенце, которым все еще обмотана нижняя часть его тела, тормозит удар, и эта скотина успевает сориентироваться относительно моих намерений. Надавив всем своим весом, вбивается между моих ног, лишь бы обезопасить свое никчемное хозяйство.
Но я не сдаюсь.
Поднимаю в воздух кулак. В челюсть ему целюсь. И попадаю. Люцифер орет, словно боль всего мира проживает. Жаль, не отключается.
– Ты, сука, бешеная?! Панда Кунг-фу!
– А ты урод!!! Душегуб! Тварюка конченая!
Еще и еще по морде его луплю. Как ни отпихивает, впиваясь ногтями, раздираю кожу.
Трение между нашими телами усиливается. Высекает ту самую искру, из которой вспыхивает пламя. Но я анализировать не пытаюсь. Большую часть ощущений упускаю. Гневом живу, будто я на улице. В опасности. Действую на инстинктах. Как зверь сражаюсь.
Люцифер сжимает пятерней мой подбородок. Оторвав от себя, резко дергает мою голову на бок. Жестко стискивая, едва не ломает мне кости. Разъяренным взглядом придает огню.
У меня душа в пятки уходит. Это неожиданно.
И очень-очень странно.
Тугими вибрациями по телу скатывается дрожь.
Но я, конечно же, несмотря на страх, продолжаю бороться.
– Отвали от меня, ясно?! Вместе со своей алкашкой отвали!
– Ты здесь на работе!
– Это не значит, что ты и твоя шлюха можете меня оскорблять!
Выкрутив мне руки, Фильфиневич толкает нас в душевую зону. Я теряю равновесие, едва он отпускает. Падаю на колени, ладонями скольжу по кафелю. А эта скотина направляет на меня лейку и открывает воду. От ударившего в лицо напора визжу. Отбиваюсь руками, но это не спасает. И я кричу. Громче и громче. Кричу до тех пор, пока он не прекращает издевательство.
– Знай свое место, нищенка, – выписывает подонок с лютой ухмылкой.
Задыхаясь и всхлипывая, утираю ладонями лицо. Гордо вскидываю голову. Осторожно поднимаюсь.
Ноги трясутся, едва стою.
– Больше драмы, Димочка, – умудряюсь выдохнуть полушепотом. – А вообще… На хрен пошел, – добавляю все так же спокойно.
С этими словами удаляюсь.
Шагаю без остановок. Впервые не обращаю внимания на завораживающий меня дендропарк. Иду, глядя строго перед собой. С каменным, мать вашу, лицом. Ни о чем не думаю! Лишь добравшись до своей комнаты, осознаю, чего мне будет стоит сегодняшняя выходка.