– Конечно! Убить-то меня ты не можешь!
– Кто сказал? – вопрошаю мрачным тоном.
Провожу ладонью по волосам и иду туда, куда изначально намеревался притащить Шмидт – к поляне с ловушками на крупного хищника. Минут десять бредем по лесу. Бредем, потому что она, безусловно, волочится за мной.
– Мм-м… – мычит мартышка, оглядываясь. – И что это за домик? – спрашивает, указывая пальцем на сколоченный из бревен шалаш.
– Домик? – усмехаюсь я. – Это ловушка на медведя.
– На медведя? – изумление и страх Шмидт выдает высоким голосом. Обхватывая себя руками, заявляет: – Здесь нет медведей.
Конечно, нет. Это остатки декораций для фильма, который год назад снимали на наших землях.
– Конечно, есть.
– Ты врешь.
– Зачем мне это?
– Не знаю, но я уверена…
– В этом лесу есть все: медведи, волки, лисы…
– Олени!
Я замолкаю. Стискиваю челюсти, с ненавистью на эту дичь смотрю. Пару секунд, потому как… С меня, блядь, хватит.
Отворачиваюсь и направляюсь в кусты.
– Подожди меня здесь! – кричу служанке.
– Ты надолго??? – звенит тревогой. – Может, я с тобой???
Выталкиваю из нутра смех.
– Только если согласишься держать член, пока я ссу.
– Что-о-о?! Фильфиневич, ты дебил!
Не оборачиваясь, вскидываю руку и показываю сучке фак.
Прохожу без остановок метров пятьсот, прежде чем достать телефон и написать сообщение.
Твой Идол: Я иду спать. Найдешь дорогу сама?
Твоя Богиня: Ты рехнулся, Димочка?!
За грудиной свербит, но я все-таки ржу.
Твоя Богиня: Фильфиневич!
Твоя Богиня: Дима, вернись за мной! Не будь козлом!
Твой Идол: Как будто если я это сделаю, ты меня перестанешь обзывать.
Твоя Богиня: Ути-бозе, какие мы ранимые.
Сучка.
Твоя Богиня: Может, и перестану, Дим.
Твой Идол: Пиздишь, как дышишь.
Твоя Богиня: Да что тебе надо от меня???
Твоя Богиня: Вернись за мной!
Твой Идол: Умоляй меня.
По телу проносятся волны бешеного трепета, едва вспоминаю, в каком положении были, когда я требовал это от Шмидт в прошлый раз.
Останавливаюсь, потому что более ни шага сделать неспособен. Меня накрывает. Накрывает маревом, которое выжимает из моего организма аномальные реакции.
Твоя Богиня: Ни за что, Люцифер. Слышишь меня? Никогда от меня мольбы не услышишь! Найду дорогу сама! А если не найду, и завтра в лесу обнаружат мое мертвое тело, то… Встретимся в следующей жизни, козел!
На этом сообщении я словно от векового сна пробуждаюсь. Резко и бесповоротно. Бешусь, конечно, из-за того, что Шмидт пишет, будто никогда мне не покорится. Но, мать вашу, бросить ее я не могу! Хрен знает, почему. Думать некогда. Разворачиваюсь, чтобы вернуться, как вдруг тишину леса прорезает жуткий крик.
– Блядь…
Срываюсь на бег.